— Увы, нет возможности, — он указал на заваленный учебниками стол. — В сутках ограниченное число часов даже с маховиком времени и даже если ты практически не спишь.
— Последнее я как раз ясно вижу. Но ты уверен, что нужно хоронить себя под книгами? Или и в самом деле так уж жизненно необходимо получить по всем предметам и факультативам «Превосходно с плюсом»? Как говорят, лучшее враг хорошего.
— Хочешь сказать, я ошибаюсь? — спросил маг с искренним интересом.
— Да не то чтобы. Просто… я не понимаю твоей цели, — она оглядела ближайших студентов. Всё-таки села рядом и продолжила говорить, понизив голос: — То, что мы уже проделали недавно. Мало кто на подобное вообще способен, и я не только о школьниках говорю. И после этого сидеть и со всем вниманием просто делать уроки, серьёзно?
— Предлагаешь наслаждаться заслуженной победой, а не идти вперёд? — Кайнетт слегка усмехнулся её наивности. — Обрати внимание, вон там сидит одна из самых опасных женщин в этом замке и грызёт перо над домашней работой. Но если так подумать, зачем ей теперь какие-то результаты СОВ по трансфигурации, верно?
Он кивнул в сторону, Аманда послушно повернула голову и посмотрела на Луну, которая, забывшись, действительно кусала кончик пера в раздумьях над листом пергамента с формулами. В стороне несколько первокурсниц о чём-то шептались, тоже глядя на неё, но не решаясь подойти и задать вопрос. Маг как-то случайно услышал один из таких разговоров — девчонки обсуждали, откуда странноватой полукровке быть в курсе самой последней маггловской моды на мелирование волос и не боится ли она так дерзко краситься в школе перед учителями. Разумеется, им неоткуда было знать, что несколько белых прядей в её вечно растрёпанной причёске не окрашенные, а просто седые, ещё одно последствие перенапряжения.
— Хочешь сказать, наши занятия и наши успехи — ещё не повод забрасывать обычные учебники? — уточнила Эмбер.
— Нечто вроде этого. У нас с Грейнджер был почти такой же разговор пару лет назад. К счастью, она быстро поняла, что знает и умеет ещё далеко не всё на свете.
— Но в прошлом году она получила далеко не полное «Превосходно» по СОВ и по своим маггловским экзаменам, насколько я слышала. Но не похоже, чтобы её это в чём-то не устраивало. Тебя не волнуют баллы, ты точно не собираешься становиться старостой на следующем курсе, тогда зачем тебе идеальный результат во всём сразу? — для наглядности ведьма положила руку на стопку учебников.
— Потому что иначе не может быть.
Говорил Кайнетт совершенно искренне. Во времена учёбы в Часовой Башне от него многого ждали, но он оправдывал и часто превосходил все ожидания. Просто ставил перед собой цель, добивался результата и сразу двигался дальше — это получалось естественно, само собой. В этом мире ничего принципиально не изменилось, тем более школьная программа была рассчитана на детей. Однако постепенно выполнять все поставленные задачи с отличием становилось труднее по совершенно прозаическим причинам. Многие эссе требовали не творчества и глубокого понимания предмета, а большого объёма монотонной рутины — множества повторных экспериментов, дюжин, а то и сотен изученных страниц справочников, приведенных в точности формул, значений, дат.
К этому прибавлялась работа с клубом хотя бы на уровне постановки целей и проверки результатов, работа со своими учениками, которую тоже никак нельзя прерывать. Плюс собственные разработки, на которые времени почти не оставалось. Благо хотя бы не приходилось вместо уроков в очередной раз торопливо и скрытно готовиться к ещё одной авантюре в попытках избавиться от группы магических террористов и предотвратить новую гражданскую войну в Британии. Малфой и руководство аврората были едины в своём рвении добить остатки Пожирателей смерти и развить чужой успех — раз в несколько дней в газетах неизменно мелькали сообщения об очередном обнаруженном убежище, задержанном пособнике «Того-кого-нельзя-называть», предотвращенном нападении. Маг был склонен воспринимать триумфальный тон таких реляций с изрядным сомнением — после первой внезапной атаки авроров на одно из укрытий тёмных волшебников, последовавшей за сражением в Глазго, в заголовках практически сразу же перестали мелькать громкие имена старой гвардии Реддла. Пожиратели отступали, теряя новых сторонников и сочувствующих им волшебников, но последние опытные бойцы ещё оставались в строю. И всё равно было приятно хоть раз видеть, как проблемой занимаются те, кому это полагается по службе.