— И какой в этом смысл — пронестись, даже не глядя по сторонам? Точно так же каждому можно было просто выдать три страницы с биографией Гойи и несколько фотографий, — произнёс маг почти с жалостью, глядя вслед этой толпе. — Такие вещи нужно понять самому, а не запомнить с чужих слов.
— Джим, ты ведь потом не заставишь меня писать эссе по этой галерее? — Эмбер обвела рукой десятки гравюр, преимущественно изображающие войны, голод, казни и бедствия. — По каждому залу отдельно…
— Нет. Тебе решать, что и как ты воспримешь и что запомнишь. Я лишь даю такую возможность.
— Ты меня успокоил.
— А ты опасалась этого всерьёз?
Чтобы не откладывать исполнение взятых обязательств, Кайнетт выбрал для обещанного свидания с Амандой последние выходные июня, через два дня после «маггловских» экзаменов. А точкой их встречи и первым местом, которые сегодня предстояло посетить, стал Британский музей неподалёку от Кингс-Кросс. По уже озвученным причинам маг не стал присоединяться к какой-либо группе с гидом, предпочитая обходить залы с экспонатами самостоятельно и без спешки, пока мимо проносились туристы, говорящие на самых разных языках, но неизменно увешанные символикой Лондона и Великобритании в самом кичливом виде из возможных. Маршрут он тоже выбирал самостоятельно, стараясь не пропустить ничего важного и при этом придерживаться исторического порядка: реликвии и произведения искусства Междуречья, Египта, Античности, Средних веков…
Впрочем, Эмбер его энтузиазма явно не разделяла и чем дальше, тем меньше пыталась это скрыть. От «Los Desastres de la Guerra» они молча перешли к следующей экспозиции, и Кайнетт мог видеть, что Аманда скучает, стоя перед очередной картиной. Сегодня ведьма распустила волосы и оделась в лёгкое светло-серое платье без рукавов, так что её единственным украшением и единственным мистическим знаком был браслет из дюжины грубо обработанных недрагоценных камней: небольшие кубы, призмы и многогранники из гранита, обсидиана, мрамора на одной нити. Сейчас она сложила руки за спиной, обхватила левой ладонью запястье правой и перебирала эти звенья, как чётки, словно решая, не пустить ли в ход. Будто почувствовав его взгляд, Эмбер обернулась и со вздохом спросила:
— И всё-таки, почему ты выбрал именно это место?
— Ты никогда не бывала здесь раньше, — привёл маг очевидный аргумент. — Стоило непременно устранить это досадное упущение. Кроме того, всегда полезно расширять кругозор и приобщаться к культуре — если вспомнить бал на турнире или «творчество» Локхарта, то можно уверенно заявить, что волшебники, увы, склонны копировать лишь её худшие проявления. Кроме того, несмотря на шум и толпы людей, здесь потрясающая библиотека и одна из самых больших в мире коллекций древностей, доступных публике. Многие из этих предметов прямо или косвенно связаны и с нашим искусством. Могут при необходимости пригодиться в ритуале, послужить точкой фокуса или катализатором — о чём немногие имеют представление.
— В таком случае, разве тебе не стоило объяснять мне это, когда мы обходили все залы и галереи, а не вспоминать только сейчас?
— Я мог бы, — признал Кайнетт. И он всё-таки надеялся, что её возмущение вызвано тем, что она не получила полезную информацию, а не просто недостатком внимания. — Но тогда ты не имела бы своего мнения об увиденном, а просто запоминала мои слова. Я считаю, что это было бы неправильно.
— Зато это было бы похоже на свидание, как на мой вкус. Хорошо, это все причины?
— Нет. Ещё это место… много для меня значит, — он не скрывал этого, но и вдаваться в объяснения, которых точно ожидала ведьма, тоже не стал. — Хотелось посетить его вновь после долгого времени.
— Почему? — она огляделась по сторонам, будто пытаясь понять, что связывает Джеймса с этим музеем. Так и не получив ответа, Аманда вздохнула и уже без прежнего напора спросила: — Ты хоть когда-нибудь расскажешь всю правду о себе, Мерфи?
— Вряд ли.
— Стоило ожидать. Ладно, мы уже добрались до девятнадцатого века, так что там вряд ли осталось много, да и не думаю, что ты планировал здесь бродить до темноты, — ещё раз осмотрев ближайшую экспозицию, Эмбер предложила компромисс: — Давай всё-таки закончим маршрут, но с условием: ты будешь рассказывать, а не просто стоять рядом и смотреть. Хотя бы о вещах, которые «связаны с нашим искусством». А «своё мнение» я составлю обо всём остальном.