— Как считаешь, хватит сил на ещё один ритуал? — уточнил он по пути обратно. Ни маг, ни ведьма никогда не бывали в этом районе пригородов, потому добираться сюда ночью пришлось без порталов и аппарации — их довёз до нужной улицы Лливелин и остался наблюдать с безопасного расстояния.
— Полагаю, да, — произнесла Грейнджер медленно, будто прислушиваясь к себе. Тренировки с управлением своей магией напрямую включали также контроль и оценку запасов энергии, в этом она в последнее время добилась достаточного прогресса, чтобы давняя история с маховиком уже не могла повториться. — Ещё на один, а потом придётся взять перерыв и пару дней стараться не искать себе проблем.
— Тогда едем, до рассвета должны успеть, — подвел итог маг, услышав всё необходимое. — И чаще смотри по сторонам, запоминай улицы и ориентиры. Чем больше будет доступно точек для перемещения, тем выше у нас окажутся шансы на успех.
В лабораторию Кайнетта они аппарировали в половине четвёртого утра. Поездка даже по почти пустым ночным улицам заняла немало времени, да и второй дом был разрушен почти полностью, потому сначала пришлось расчистить достаточно свободного пространства для нанесения магического круга.
Здесь их встретила только Эмбер — быстро оглядела, убедилась, что никто не пострадал и никто не гонится следом, затем вернулась к своей работе. В ёмкости перед ней кусок серебристо-белого металла под действием заклинания стал жидким, после чего Аманда начала аккуратными жестами палочки вытягивать его, заставляя принять форму берцовой кости. На подставке перед ведьмой был открыт большой анатомический атлас, чтобы она могла воспроизвести всё как можно точнее.
— Хороший прогресс. Мы вполне укладываемся в сроки, — оценил маг её работу. Затем подошел к одному из стеллажей и поместил шкатулку с пластинами в центре небольшого замкнутого барьера, установленного там заранее.
Кайнетт на всякий случай ещё раз оглядел импровизированный бункер, превращенный им в мастерскую. Самые радикальные меры защиты пришлось замаскировать или убрать подальше на время, включая сторожевых кадавров. Но в остальном тут уже не было ничего такого, что он мог бы продемонстрировать Эмбер и Лливелину, но не решился показать Грейнджер. Особенно на фоне их нынешнего проекта. На длинном металлическом столе рядом с Амандой уже лежали несколько титановых костей, постепенно складываясь в человеческий скелет семи с лишним футов высотой. Дальше вдоль стены можно было увидеть крупную алхимическую ёмкость с бесформенным комом биомассы внутри и несколько сосудов куда меньшего размера, в которых тоже что-то живое постепенно формировалось из простых веществ.
— Мерфи, всё-таки ты абсолютно уверен, что сможешь обеспечить полный контроль над всем процессом и гарантировать именно нужный результат? — спросила Грейнджер уже не в первый раз. Она тоже оглядела все эти приготовления, но с куда большим беспокойством и сомнением.
— Мы уже обсуждали этот вопрос, — напомнил маг, отходя от полок и занимая своё кресло. — Чтобы найти людей, которые могут прятаться абсолютно где угодно и почти не покидают скрытые магией убежище, нам нужно существо, способное их выследить иным способом. Мстительных призраков оказалось недостаточно. Потому следующим вариантом будет мстительный, жестокий и готовый на всё ради достижения своей цели ревенант. Гаэгенджер подходит для этой задачи лучше всего.
— Я изучила источники, пока выдалось немного времени, — поделилась ведьма. Села на ближайший стул, сцепив руки на коленях. Затем продолжила излагать свой взгляд на проблему: — Гаэгенджер, вергенджер или драугр — это ведь не только и не столько «мстительный дух», чаще в сагах так называли просто беспокойных мертвецов. Бывших разбойников, предателей, безбожников, самоубийц. Или просто тех, кто не был по правилам отпет и погребен. Они восставали из курганов, нападали на свои собственные деревни, насылали болезни, либо просто убивали по ночам людей на дорогах. Неживые бандиты, от которых не откупишься деньгами.
— Глам из «Саги о Греттире»? — маг сразу понял, о ком именно она говорит. — Драугр с именем, один из наиболее известных примеров, но далеко не самый показательный. В легенде мало говорится о его прошлом до смерти, только то, что его не любили люди, сам он издалека и местных обычаев не принимает. Он вполне мог быть грабителем и налётчиком ещё при жизни, а став сильной и почти непобедимой нежитью — просто вернулся к старому ремеслу. Гаэгенджер, который восставал из мёртвых, чтобы отомстить своим убийцам — тоже известный мотив, хотя в сагах он и встречается реже. Проблема в том, что многие из них до возвращения пролежали в могиле годы, а то и десятки лет, к тому времени тех, кому можно отомстить, уже давно не было в живых, а значит, у ревенанта не осталось возможности упокоиться без чужой помощи.