— Проклятье, снова… — произнёс он громче, чем хотел.
— Это поправимо? — спросила Грейнджер. Насколько Кайнетт мог судить, даже с настоящим беспокойством, а не просто изображая участие из вежливости.
— Да, только вопрос времени.
— А это? — она быстро указала здоровой рукой на левое плечо. Ведьма старалась говорить равнодушно, но было видно, что она с трудом заставляет себя сохранять безразличный тон.
— Да, — повторил маг. Обвел рукой комнату. — Я могу вылечить каждого здесь. Но не всех одновременно, ведь у нас есть только две недели… Мы займёмся этим позже. Что произошло с Реддлом?
— Ушел, когда после нас прибыли авроры. В новостях говорят, он пытался использовать ту же тактику и бить по магглам, но там собрался чуть ли не весь аврорат со стажерами и патрульными, так что нашлось и кому прикрыть обычных людей, и кому продолжить атаковать только его. Он убил и ранил несколько человек, а потом сбежал. Теперь ищут, но сам понимаешь…
— Джим!
От раздавшегося совсем рядом крика Кайнетт подскочил бы, если бы сейчас был на это физически способен. Проснувшаяся от их разговора Эмбер вскочила с кресла и бросилась к нему. Практически рухнула сверху, сразу обняв Мерфи. Растерявшись, он даже не сразу понял, что Аманда плачет.
— Идиот! Я думала, ты погиб. Вы вместе погибли… Когда не появились рядом с нами… Зачем?! Стоило оно того?.. Он же вас чуть не убил! Мог вас там убить, сжечь… — невнятно донеслось сквозь слёзы.
Маг не ожидал такой реакции. Утром, когда его привели в чувство, чтобы заняться собственными переломами, Эмбер держалась далеко не с профессиональным безразличием врача, конечно же нет, но хотя бы довольно стойко и без истерик. Весьма неплохо для её возраста даже с поправкой на успокоительные зелья, которые она принимала каждые десять-пятнадцать минут, пока не закончилась операция и Кайнетт не позволил себе потерять сознание. И куда теперь делось всё это спокойствие?
Никто, кроме Грейнджер, на шум не среагировал — похоже, эту часть комнаты отдельно прикрывали заглушающие звук чары. Увидев растерянность и непонимание на лице Мерфи, гриффиндорка подняла глаза к потолку и попыталась сложить руки на груди. Быстро оборвав невыполнимый теперь жест, ведьма указала рукой на Аманду и снизошла до объяснения:
— Она ещё с рассвета хотела тебе всё высказать. Но ждала, не будить же только ради этого. Я свою долю уже выслушала раньше…
— Это было только вступление… — пообещала Эмбер, обернувшись к ней. Затем посмотрела в глаза Джеймса и почти выкрикнула: — Двадцать минут! Двадцать минут прошло, прежде чем она связалась с Блэком и сказала, где вы и что с вами. Двадцать минут я была уверена, что ты… что вы там погибли. Мы все были уверены, что вы просто остались там. Никогда больше так не делай!
— Я рад, что ты так высоко ценишь наш договор и благополучие своего наставника… — попытался маг похвалить её рвение.
— Да плевать мне на договор! Могу отказаться от него хоть сейчас. Я просто рада, что ты остался жив, Джим, — выпалила она. Затем поправилась, бросив виноватый взгляд на Грейнджер: — Что все остались живы.
— Счёт погибших идёт на десятки, раненых и пропавших без вести — больше сотни, — мрачно ответила та. — Этот «пожар» сейчас во всех новостях, и в обычных, и у волшебников. В этот раз уже нельзя сказать, что никто не пострадал или что погибли только злодеи. И мы помогли это устроить…
— Мы? Ты сама своими руками магглов сжигала или это делал Сама-знаешь-кто? В любом случае, там сейчас работают авроры, и по радио даже сказали, что в этот раз вместе с обливейторами направят колдомедиков из Мунго. В любом случае, там мы ничего не можем сделать, да и не могли. Потому я не думала о них, я волновалась о нас. О том, чтобы вы двое смогли выбраться, — она вновь посмотрела на Мерфи и тише добавила: — Я не могла опять остаться одной.
Вдруг Грейнджер повернула голову к выходу из комнаты, словно среагировала на сигнал сторожевого барьера. Молча сделала жест рукой, снимая заглушающие чары. Сразу из коридора донеслись несколько голосов на повышенных тонах. Блэк, Люпин, а третьего человека они опознали не сразу.
— …не веришь, что я способен помочь вам после учинённого разгрома?
— «Способен»? Вполне верю. «Хочешь» и «собираешься» помочь? Извини, скорее уж свиньи по небу полетят, чем такое, — ядовито ответил Сириус на чей-то вопрос.
— Тогда почему я сейчас здесь, а не вышвырнут за ворота?
— Шантаж, — коротко бросил Римус.
— Я шантажом заставляю вас позволить мне помочь вам? Какое низкое коварство, достойное самого Слизерина, — произнёс Северус Снейп, входя в импровизированный лазарет вслед за Блэком. Кайнетт этому даже не слишком и удивился, а вот Грейнджер не смогла сдержать изумления и даже шока: