— Ты выбрала для расспросов подходящий момент, чтобы я не мог уйти, — маг криво усмехнулся, указав на себя. Затем ответил, оценивающе глядя на ведьму: — Но ведь и ты не просто так пришла тогда ко мне за поддержкой, чтобы я помог тебе составить рабочий план. Да и почему я? Откуда бы мне знать нечто подобное? Однако ты не сомневалась, что поступаешь верно.
— Справедливо. Но я действительно уже не сомневалась, разве что только в деталях. Каким бы жестким и полным ни было твоё обучение в детстве, как много запрещенных книг ты ни изучил бы уже после нашего знакомства, всему есть свой предел. Просто количество часов в сутках ограничено, даже если тебе не нужно спать. Значит, есть что-то ещё. Оборотное зелье отпадает, одержимые так долго не живут, как я теперь знаю. Да и слишком много ты знал и знаешь о современном мире даже по меркам обычных чистокровных. Но ты или кто-то из твоей семьи мог бы схитрить по-другому, — она сделала вдох, набираясь решимости. Потом продолжила говорить: — Вы специализировались на спиритизме. И если можно посадить ребёнку в голову дух героя ирландских легенд, который способен даже брать контроль над телом и сражаться против взрослых головорезов… почему ему не может составить компанию ещё один? Или даже несколько? Только уже не воинов, а волшебников.
— Несколько волшебников? — переспросил Кайнетт растерянно. Именно такую версию он никак не ожидал сейчас услышать.
— Да. Какой-нибудь средневековый алхимик, более опытный спиритист, волшебник с навыками в создании артефактов, может быть, кто-то ещё, о ком я просто не знаю… Голоса в голове — не слишком нормальная вещь даже для нас, но если ты их контролируешь и взамен можешь пользоваться опытом нескольких человек сразу, то сделка не выглядит такой уж неравноценной.
— Всего один голос. Помимо Диармайда, — ответил маг после паузы. В конце концов, на данный момент уже к ни чему это скрывать. Затем всё-таки не удержался от сарказма: — Неужели волшебникам и ведьмам современной Британии так тяжело поверить в то, что некоторые не ограничиваются в жизни одной очень узкой специализацией и могут иметь множество интересов сразу?
— Прости, если я задела тебя. Или его… Но раз уж я раньше считала, что ты пользуешься только своими знаниями и при этом можешь так много всего, то теперь поверить в разные таланты одного человека мне уже не так трудно.
— Не волнуйся, он не был типичным… волшебником даже в своё время и среди своих. Но вообще ты сейчас не выглядишь очень удивлённой.
— После откровений о Диармайде это уже не так и шокирует. Там с тобой ведь не кто-то известный вроде Парацельса или Сен-Жермена?
— От такого я бы и сам не отказался, однако нет. Ты не знаешь этого имени.
— Что ж, одной загадкой меньше, — она произнесла это словно даже с облегчением. — Захочешь что-то обсудить или чем-то поделиться на эту тему, я всегда выслушаю. А пока что буду ждать, догадается ли кто-нибудь ещё.
— Ты не планируешь рассказывать?
— Не хочу портить сюрприз. И я всё-таки уважаю твоё мнение. Если ты кому-то уже рассказал, это только твоё дело, а не моё.
— Раз так… будешь учиться дальше?
— Да, — она вернула руку на его плечо. — Показывайте, профессор.
***
— Всем и так понятно, что на сегодня у нас один вопрос, — начал Сириус Блэк, вставая из кресла и делая несколько шагов по гостиной своего особняка. — Что мы будем делать дальше?
Здесь не было только Люпина — тот ещё не полностью отошел от недавнего полнолуния и сейчас находился дома у Тонкс. А вот все остальные собрались. Гермиона и Гарри сидели рядом на диване, волшебник не мог скрыть неловкость и чувство вины от того, что ему сейчас требуются только необременительные регулярные перевязки, а вот девушка всё ещё пользуется лишь одной рукой. Мерфи пока оставался в инвалидной коляске, не пытаясь вставать на ноги, Клэр и Аманда заняли кресла справа и слева от него. Лливелин, уже совершенно здоровый и полный сил, просто остался стоять у стены за спиной наставника.