— Жалко её. Надеюсь, она сможет переключиться и найти себе кого-нибудь здесь, в школе, — посочувствовала она, подходя к дальнему столу в углу зала со стопкой выбранных книг в руках.
— В пятнадцать лет сердце каждый раз разбивают на мелкие осколки и навсегда, то есть примерно на две недели. Больно и тяжело, но не страшнее чем грипп, — мама уже сидела за тем же столом напротив, листая толстый справочник по магической теории. — А ещё, милая моя, очень интересно, когда ты возьмешь пример со своей подруги? Со многих своих знакомых и подруг. Набивать шишки, конечно, никто не любит, но ведь если ничего вообще не делать, ничего хорошего тоже не произойдёт.
— Мне это не очень интересно, — ответила Луна, открывая первую попавшуюся книгу и выставляя её перед собой.
— Ты ведь сама мне говорила, что Невилл — милый парень, каких мало. И не одна я, но и ты сама видишь, что он только ждёт от тебя хоть какого-то сигнала.
— Он милый. И заботливый, — признала она, откладывая учебник. Увидев, что мама понимающе улыбается, Луна быстро уточнила: — Но на самом деле я ему нравлюсь или он просто мне очень-очень благодарен за то, что я сделала? Или он чувствует себя виноватым передо мной до сих пор, за то, что я помогала ему отомстить Беллатрикс? Этого всего хватит, чтобы начать встречаться, но потом я только расстрою и его, и себя, и всех остальных.
— Ты говоришь всё это, но сама засматриваешься на Мерфи. Только вот тебя правда тянет к нему или это тоже просто благодарность за то, что он первым отнёсся к тебе всерьёз? Может, тут всё точно так же. А раз ты о нём думаешь, может, и Невиллу стоит дать шанс?
— Джим сделал намного больше… — начала Луна резко. Поняла, что говорит в тишине библиотеки почти в полный голос и замолчала, оглядевшись по сторонам.
— Например, он выстрелил в тебя, — маме говорить тише не требовалось, потому сказала она это очень строгим тоном. — Несколько раз.
— Он пытался меня спасти, — ответила Луна шепотом. — А я сама тогда сделала глупость. Да это и не важно. Среди моих друзей нет ни одного идеального человека, но что с того? Я люблю Джеймса и Гермиону со всеми их недостатками.
— Как друзей? Или не только?
— А есть разница? Вообще, должна ли быть разница?
— А это только тебе решать, должна быть или нет. Какое имеет значение, как на это смотрит кто-то ещё?
— Спасибо. Знаешь, я сама не понимала, как мне этого не хватало, — Луна протянула руку, чтобы коснуться её ладони, но прервала себя на середине. Просто оперлась на стол в паре дюймов от маминой книги, затем неловко развернулась и убрала руку. Произнесла тихо, чтобы сгладить момент: — Как я хотела с тобой поговорить обо всём, да просто рассказать. На самом деле я тебе это уже рассказывала несколько раз. Только… ты не могла ответить, но я надеюсь, слышала.
— Понимаю, правда, — мама улыбнулась ей, «не заметив» этого неудобства. — Мне в шестнадцать тоже о таком совсем не с кем было поговорить начистоту.
— Не может быть, — Луна в это не поверила.
— Чистая правда, — заверила её мама, приложив руку к груди.– Мои родители слушали про магию и Хогвартс через силу, так что я скоро и пытаться перестала, близких подруг толком и не было, так, только знакомые с факультета. Вот и приходилось всё всегда держать у себя в голове, в этом мы, дорогая моя, ну очень похожи.
— Расскажи ещё. Я ведь почти и не знаю, как ты училась в школе.
— У тебя есть задание на сегодня, для того мы здесь и сидим, — напомнила мама, указав на книги. Затем пообещала уже не таким строгим тоном: — Но потом ты всё узнаешь, когда закончишь. Спешить нам сегодня некуда.
— Хорошо, — согласилась Луна, теперь выбирая нужный учебник по чарам, а не первый попавшийся. Она правда хотела послушать дальше, но взялась за учебу, не пытаясь напоказ дуться или обижаться. Так было нужно, и она сама на всё согласилась неделю назад.
Когда она рассказала обо всём, что произошло за последние восемь лет, многое в её рассказе расстроило маму, кое-что обрадовало, а вот некоторые вещи по-настоящему напугали. Охота на Гарри прямо в школе, возрождение Того-кого-нельзя-называть, побег Пожирателей из Азкабана… И особенно последний год, когда Луна дважды едва не погибла. А ещё было ясное понимание, что угроза так никуда и не исчезла, а безопасного места больше нигде нет, ни в стенах Хогвартса, ни в мире магглов. Тем более, когда попытка её друзей добраться до Волдеморта совсем недавно закончилась провалом, они едва спаслись, а сам тёмный волшебник вполне может теперь ударить в ответ, по ним или просто по кому угодно.