— Люмос, — произнёс Блэк секунд через десять, создавая яркий шар под потолком. В его свете стало видно, что все живы и здоровы, хотя подростки и выглядят довольно растерянными.
— Джеймс, что это вообще было? — первым озвучила своё недоумение Клэр.
— Наш сеанс прошел успешно, — удовлетворённо произнёс маг, придирчиво изучая шкатулку. Металлические части покрывала изморозь, но в остальном она внешне никак не изменилась. Но если знать, на что смотреть… — Дух почтил нас визитом и даже оставил немного своей силы, что и требовалось.
— А поговорить? — возмутилась Луна такой несправедливости.
— Чем Поттеру помогли бы несколько слов от явившегося призрака, даже если бы мы их ему передали? А вот это может принести куда как больше пользы, — ответил Кайнетт, коснувшись шкатулки. Затем убрал её обратно в карман с расширенным пространством, на столе остался только выжженный круг и полоса серого пепла на месте сгоревшей краски.
— Как-то я по-другому спиритический сеанс представляла…
— Знай я тебя не так хорошо, Мерфи, то предположила бы, что это всё блеф, — произнесла Карин, тоже зажигая «Люмос» на своей палочке и вставая со стула. — Как обычные медиумы-шарлатаны двигают стол и имитируют «потусторонние» сквозняки в комнате, так и ты мог пустить нашу энергию на световое шоу и спецэффекты, чтобы произвести впечатление…
— «Но»? — уточнил маг, чувствуя недосказанность. Он постарался открыто не усмехаться от слов, что Тейлор хорошо его знает.
— Но это будет ниже твоего достоинства. Та штука в коробке будет работать, я не сомневаюсь. Вопрос только как, надолго ли её хватит и сколько человек при этом пострадает.
— Очень скоро будет возможность в очередной раз убедиться, что к мистификациям я не склонен.
— Как и говорилось, никакой тёмной магии, — заметила Клэр непривычно скромным тоном. Посмотрела на деда, ожидая его реакции.
— Действительно, никаких тёмных искусств, только спиритизм, — ровно ответил Бартемиус, оглядывая школьников в свете нескольких «Люмосов». Движением палочки зажег все погасшие свечи в комнате и строго произнёс: — Я ценю, что вы так сильно хотите помочь своему товарищу защитить себя и всю Британию. Однако я рекомендую и впредь сначала посоветоваться со мной или другим компетентным волшебником, если вы захотите попробовать какую-нибудь необычную идею. Магия — это не та область, где применим принцип «лучше просить прощения, чем разрешения».
— Мы так всегда и делаем, — ответила Грейнджер, склонив голову перед пожилым волшебником. — Не правда ли, профессор Блэк?
— Да, всё верно, — подтвердил тот, слегка растерявшись от такого перевода разговора на него. — И я, и профессор Грюм, и профессор Слагхорн — мы всегда готовы дать совет подрастающему поколению.
— Я очень на это рассчитываю, мистер Блэк, — тон Крауча оставался таким же ровным и деловым, но заметить в формальных словах угрозу было совсем нетрудно.
Кивнув Сириусу, Бартемиус вышел, оставив школьников приводить комнату в порядок. Хотя Кайнетт сомневался, что у него нет возможности следить за происходящим самому или через эльфов, так что лучше не говорить тут лишнего. Крауч-старший мог быть довольно ценным союзником, чьё слово всё ещё немало весит в магическом сообществе, при этом он безо всяких сомнений оставался сторонником физического уничтожения Волдеморта и Пожирателей смерти без каких-либо «вторых шансов» и прочего наивного гуманизма. Но даже он, без сомнения, своими руками попытался бы убить Мерфи, Грейнджер и Блэка, если бы узнал, во что именно была впутана его внучка за последние пару лет с их разрешения и даже при личном участии.
Глава 98
Проводить зимние вечера в гостиной у камина за беседой, чтением или игрой в шахматы было давней традицией учеников Хогвартса. К ней быстро приучали и магглорождённых, ввиду отсутствия в школе телевизора, видеомагнитофона, игровых приставок и прочих новомодных развлечений. Однако в этот раз волшебников и ведьм, заранее собравшихся в своих общежитиях, клубных комнатах или просто свободных классах, куда больше интересовали не свитки с домашней работой или фигуры на чёрно-белом поле, а магические радиоприёмники.