— Вижу, что даже спустя годы вы до сих пор не разделяете мою точку зрения, — признал Альбус, изучая гостей взглядом. — Сомнения, несогласие с моим подходом. А мистер Мерфи и вовсе считает данную гипотезу нелепой. Я ничего не имею против личного мнения учеников по самым разным вопросам, однако раз уж вы здесь в данный момент, то это обстоятельство мешает нам всем, — его тон стал неожиданно жестким. — Может, стоит попробовать ещё раз? Скажите, мистер Мерфи, вы верите в судьбу?
— Нет, — ответил маг без колебаний. — Если считать, что всё и всегда предопределено заранее, то и жизнь теряет смысл, ведь всё уже предрешено, включая даже мысли об этом. Множество экспериментов волшебников разных стран и разных веков так и не смогли чётко доказать теорию мира как часового механизма, заведённого один раз на заре времён. Потому я не сторонник данной идеи. Конечно, случайности в жизни неизбежны, но не считая их всё определяют лишь поступки, решения и ошибки людей.
— Я понимаю вашу позицию. Могу даже уважать её твёрдость. Но что если заранее предначертано не всё сущее, а только отдельные моменты? Единичные константы в мире случайностей, хаоса и непредсказуемости.
— Хотите сказать, что пророчества их обнаруживают? Или даже создают? — заинтересовался Кайнетт. Он отказывался допускать, что всё в жизни определено кем-то свыше. Но вот неизбежность того или иного события, ограниченного ясными рамками — это уже находится в пределах действия мистерий и ритуалов, взаимодействующих с концепциями и причинно-следственными связями реальности.
— Это одна из распространённых теорий относительно предсказаний, — директор говорил отстранённо, словно о давно выученной наизусть главе из школьного учебника. Но Кайнетт предполагал, что он точно верит в реальность данной «теории», а возможно и имеет доказательства и факты, которых нет в широком доступе. — Судя по нашему прошлому разговору, вы любите мифы и легенды, мистер Мерфи. Сколько раз в них герой или злодей получал предсказание, которое помогало победить или найти слабое место противника? Сколько раз нарушенный гейс или обет приводили именно к тому наказанию, которое там оговаривалось?
— Неотвратимый рок — основа греческих трагедий. Однако речь сейчас явно не о том. Значит, вы уверены, что вопреки всем обстоятельствам, случайностям и даже нашим действиям, схватка Поттера и Тома Реддла состоится неизбежно, и лишь один из них выйдет победителем. Однако кто это будет — не предопределено. В каких обстоятельствах всё произойдёт — тоже, а значит, на всё это можно повлиять, — задумчиво произнёс маг, прикидывая варианты с учётом новой информации. Версия директора вполне вписывалась в его представления о правилах магии и исключениях из них.
— И как раз именно ради этого мы тут и собрались, — напомнил Блэк. Подошел и положил на стол директора свиток, движением палочки снял зачарованную печать. — Наша идея со всеми выкладками здесь. Тесты уже проведены.
— Вы меня просто заинтриговали… — добродушно ответил Дамблдор, разворачивая в руках пергамент.
Вопреки легкомысленному тону, читал он вдумчиво и без спешки. Кайнетт даже заметил по движению глаз, что несколько раз директор возвращался к строкам выше, сверяясь с уже прочитанным. Затем брови волшебника слегка приподнялись, что явно было признаком немалого удивления. После чего Альбус поднял взгляд от пергамента и спросил:
— Профессор Блэк, это всё всерьёз?
— Да, иначе мы не пришли бы к вам, — Сириус даже не стал уточнять, какая именно часть вызвала такую реакцию директора. — В меру наших сил Бартемиус Крауч и мы с Люпином проверили получившийся артефакт, и в нём действительно ощущается след некой потусторонней сущности. Уверен, вы сможете разобраться в этом лучше всех нас.
— А Гарри?..
— Он не касался браслета и сделает это не раньше, чем вы подтвердите, что ему ничего не угрожает, профессор Дамблдор.
— Между прочим, я прямо тут сижу... — проворчал Поттер вполне отчётливо. При всём уважении к крёстному отцу, ему не нравилось, когда всё решает кто-то другой.
— Сами создали сложности, а теперь пытаетесь их спихнуть на директора, как обычно, Сириус? Я проверю, никаких сомнений. Однако я не могу не задать вопрос: откуда всё это взялось? — Альбус многозначительно постучал пальцем по развёрнутому пергаменту.
— Это результат объединённых усилий участников нашего клуба, директор, сэр, — ответил Кайнетт вместо Блэка. — Нам удалось собрать волшебников и ведьм с самыми разными талантами и знаниями в магии. А поскольку наша цель крайне важна, они применили все свои способности, вложили собственные средства и ресурсы, не говоря о потраченной магии. Смею надеяться, что результат наших усилий оказался не так уж и плох, — закончил маг скромно.