Разумеется, он понимал, что сказанное звучит самое меньшее сомнительно, если не откровенно абсурдно. Где-то на уровне учеников старшей школы, которые в качестве летнего проекта приносят учителю диссертацию на степень доктора философии… Хотя скорее даже профессора (в академическом смысле слова), если смотреть на вещи объективно. В теории возможно, но вероятность такого события до нелепости мала. Блэк тоже должен понимать, насколько эти объяснения не выдерживают критики. И уж точно это прекрасно должен видеть и сам директор. С другой стороны, ему предлагают новаторское и нешаблонное решение давней проблемы. И если он сейчас начнёт проводить расследования и копаться в деталях этого сомнительного дела, то может вместо этого упустить столь редкий шанс.
— Я тщательно изучу все записи и сам артефакт, если вы не возражаете, — произнёс он наконец, вновь изучая взглядом каждого из визитёров. Затем бросил короткий взгляд на одну из полок кабинета. — Ваш клуб умеет преподносить сюрпризы…
— И раз уж вы заговорили об этом, директор Дамблдор, — начал Кайнетт. Слова волшебника он воспринял с осторожным оптимизмом, так что следовало пользоваться моментом. Вся ситуация ему всё ещё не нравилась, но даже тут можно было попытаться извлечь чуть больше выгоды. — Вы ведь знаете, что уже в этом году некоторые участники нашего клуба закончат последний курс. Однако многие из нас хотели бы не только сохранить нашу группу в школе для будущих учеников, но и продолжить её деятельность и после выпуска. Вы понимаете, что-то вроде небольшой лаборатории или частной школы для тех, кому было мало семи лет здесь и хочется научиться ещё чему-нибудь. Мы уже какое-то время размышляли над данным проектом, идею даже одобрили несколько членов Визенгамота. Однако небольшая поддержка от верховного чародея, без сомнения, помогла бы устранить возможное недопонимание с Министерством магии и показать им, что мы не представляем опасности и не являемся для них конкурентами, а как раз наоборот — можем быть исключительно полезны людям.
— Полагаете, сейчас это уместно?
— Вы всегда говорили в Визенгамоте, что будущее поколение волшебников и ведьм для нас важнее, чем уничтожение нескольких расистов, — неожиданно заявил Поттер. — Я ведь не сидел семь лет и не зубрил заклинания день и ночь: вы не отменили в школе ни каникулы, ни квиддич. Так что если Гермиона и ещё кто-то из клуба хотят попробовать нечто новое после выпуска, то стоит хотя бы не мешать им.
— К тому же за подобными исследованиями стоит приглядывать, — добавил Блэк.
— Какое похвальное единодушие. А я ведь ещё даже не успел сказать «нет». Что ж, если то, что вы мне принесли, и правда безопасно и при этом эффективно настолько, как тут описано, то мне будет нетрудно дать вашему начинанию… как в таких случаях говорят магглы, «зелёный свет»?
Уже на обратном пути, когда они покинули кабинет директора и прошли несколько коридоров, Поттер всё-таки спросил:
— Кстати, Мерфи, а Миона мне не говорила, что она после клуба хочет завести собственную лабораторию.
— Она будет в восторге от того, что идея получит одобрение директора. Просто она этого ещё не знает.
— Об одобрении?
— О том, что это её идея.
***
Три года назад на этом лугу возводили стадион для второй половины межшкольного турнира. Сейчас стоящий у дороги Кайнетт смотрел на ровное снежное поле, до которого пока не добрался ни Аластор, обожающий давать практические уроки ЗОТИ с должным масштабом разрушений вокруг, ни Хагрид, который мог бы выгуливать здесь очередной безумный гибрид, если тот нуждается в низкой температуре.
— Рад, что ты нашел время прийти, — произнёс известный всей школе семикурсник, выходя к дороге из тени ближайшего дерева.
— Ты становишься сентиментальным, Поттер, раз вызвал меня именно сюда? — спросил маг, кивнув на поле. Про себя он отметил, что даже в неактивном режиме мистический знак даёт волшебнику некую ауру властности и доверия: не такую сильную, чтобы это вызывало подозрение у встречных, однако если знать, куда смотреть и с чем сравнивать, заметить эффект можно. Браслет расходовал на это энергию, но Кайнетт считал данное решение необходимым, ведь если бы артефакт активировался только вручную, разницу между Поттером с чужой харизмой и совсем без неё заметили бы очень быстро даже в школе.
— Я предпочитаю верить, что те полгода были всего лишь долгим ночным кошмаром, — ответил волшебник мрачно, тоже разглядывая поле. — Хотя я и извлек из него несколько уроков, но скучать по нему точно не стану. Нет, я просто хотел поговорить там, где к нам точно никто не подберется. Мне нужно посоветоваться, Эль-Меллой.