— Возможно, не мне это говорить, но спереди ещё ничего, а на затылке просто ужас. Как будто ножницы взорвались, когда тебя сзади стригли.
— Парикмахер был явно неопытный. Я и сам уже решил, что больше ноги моей там не будет. Ладно, это всё мелочи, куда важней, что начинается новый учебный год, а важнейший предмет, как оказалось, у вас будет преподавать какой-то… Писатель.
— Ты всё ещё сомневаешься в компетентности профессора Локхарта? — в другой ситуации Гермиона обиделась бы за такое открытое недоверие к её новому кумиру. Но сейчас она уже была не в том положении, только тихо возмутиться и осталось. — Только потому, что он в свободное время пишет книги?
— Если он превращает результаты своей работы не в монографии и статьи для справочников, а в романы, то это его личное дело, — Джеймс лишь равнодушно махнул рукой. В прошлый раз он уже упоминал, что прочел одну из книг будущего преподавателя, и она его не слишком впечатлила манерой изложения. — Он ведь не является официальным охотником на опасных существ, а значит, должен как-то зарабатывать на жизнь. Любитель с богатым личным опытом и правда может знать немало, но у меня есть сомнения, сможет ли он верно подать этот материал ученикам. Для разных курсов нужны разные подходы, а он, если верить помещенной в книгах биографии, никогда даже не проходил обучения как преподаватель.
— Ты говоришь так, словно после выпуска уже сам собрался преподавать в школе.
— Я не стал бы полностью исключать данный вариант. В любом случае, надеюсь получать от тебя письма по этой теме, когда начнутся занятия. Если мистер Локхарт окажется талантливым наставником, отлично знающим свой предмет, то я буду только рад, ведь в следующем году не придётся учить «Защиту» за весь курс самостоятельно, как это было бы у Квирелла, учитывая его сомнительную компетентность в данном вопросе.
Они ещё поговорили на разные темы, пока было время. О концептуальной магии, о прикрывающих вокзал и железную дорогу барьерах, о том, задержится ли новый преподаватель Защиты дольше, чем на год, или с таинственным проклятием этой должности не справиться и ему. Когда они вернулись к поезду, Мерфи между делом представил ей Тонкс, курсантку аврората, которая в своё время и познакомила его с магическим миром. По её словам, на время действия нового декрета министра всех патрульных и стажеров отправили на защиту магических поселений, хотя самого Хогвартса это не коснулось. Директору предлагали дополнительную охрану от министерства, но тот отказался, сказав, что обойдутся защитными чарами и собственными силами преподавателей. Гермиона восприняла услышанное скептически — в прошлом году она уже убедилась, что эти самые чары защиты далеко не так безупречны, как о них принято говорить.
Когда до отправления поезда осталась четверть часа, Мерфи официально (даже излишне) попрощался с ней до зимы, ещё раз напомнил, что будет ждать писем, и удалился обратно в обычный Лондон. На выходе он прошел мимо многочисленного семейства Уизли и шедшего с ними Поттера. Прибытие такой толпы разом практически парализовало «таможню», особенно если учесть, что там минимум у двух учеников гарантированно будут полные карманы самых разных заколдованных штуковин, которых точно нет в списке допустимых для провоза предметов. В результате Рон и Гарри смогли прорваться к ней только перед самой отправкой поезда, а ведь за ними ещё шли другие ученики. Даже удивительно, что рейс со всеми этими проверками не задержали на пару часов.
— Опять ты о нём думаешь.
— Что? — Гермиона поняла, что сидит с раскрытой книгой Локхарта и вновь переживает произошедшее утром, не глядя на страницы.
— Говорю, снова ты про этого мелкого думаешь, — повторил Рон, глядя на неё. — По-моему, рано ты себя в профессора записала. Будешь ещё из-за чужой учебы переживать, у тебя вообще волосы дыбом встанут, да так и останутся.
— Вполне нормальные у меня волосы, — непроизвольно пригладив их ладонью, возмутилась она. — И вообще, чего ты к нему прицепился?
— Не нравится он мне. Взгляд у него такой… Холодный. Равнодушный. Помнишь, к нам в магазине папаша Драко подходил, чтобы поглумиться? Вот у него такой же взгляд.
— Ох, какую же фантастическую чепуху ты несешь, и не стыдно такое про кого-то говорить?
— Ты уже начинаешь защищать своих студентов? — влез в разговор Гарри, до того лишь молча их слушавший. — Теперь тебе нужно научиться превращаться в кошку.
— Что? А, поняла. Но не буду. Кошек я люблю, но ни за что не стану в них превращаться, при всём моём к профессору МакГонагалл уважении. Рон, а тебе должно быть стыдно. Нельзя так за глаза наговаривать на человека, которого ты практически не знаешь.