— Жаль. Ну да ничего, жил же как-то раньше без него.
Сам Лин лишь слушал их разговор, однако в него не вмешивался. Лливелин Смит был сиротой из приюта, как и Мерфи. Довольно высокий, с тёмно-русыми волосами и карими глазами он явного портретного сходства с кем-то из известных Кайнетту лично и по прочитанным книгам семей чистокровных волшебников, вроде Уизли или Малфоев, не имел. Однако за предположение, что он был не «потомственным» сквибом, как Альберт, а напрямую происходил из магического рода, помимо отсутствия сведений о родителях, говорил и сам тот факт, что кто-то дал ребёнку имя древнего короля Уэльса, прежде чем подкинуть к дверям приюта — это было очень в духе местных волшебников. Возможно, виной тому его Начало, внутренний импульс, подталкивающий к резким и порывистым решениям, а возможно, тот факт, что он, как сквиб, видел больше других и за свои «небылицы» подвергался нападкам, однако послушным и тихим Лин никогда не был — не самая простая жизнь в приюте, три приёмные семьи и три побега из дома, бродяжничество и участие в подростковых бандах, прежде чем к восемнадцати добраться до «первой лиги» и попасть в мафию, пускай и на самый нижний уровень пушечного мяса. Арчибальду было совсем нетрудно найти к нему подход — достаточно было убедить, что он, в отличие от многих, не считает парня сумасшедшим и виденные им в детстве гномы и привидения существуют на самом деле (для наглядности маг тогда даже продемонстрировал пару своих призраков), да и вообще, магия более чем реальна. Так что обучаться владению своим, пусть и небольшим, даром в обмен на работу ассистента Лливелин согласился охотно, в свободное время продолжая трудиться для «семьи», хотя уже и не в качестве рядового бойца, а получив статус чуть повыше. Сделать из него мага всё равно невозможно при самом минимуме низкокачественных магических цепей, но подготовить себе помощника и охранника, который способен и скальпель подать, и от заклинания в бою прикрыть — вполне реально. А что касается лояльности, человек, прикоснувшийся к магии, рано или поздно поймет, насколько мало для него значат проблемы обычного мира, так что на этот счёт можно не беспокоиться. К октябрю, когда закончились работы по переоборудованию бункера в мастерскую, именно он переехал жить в этот дом, поддерживая наверху порядок и просто обеспечивая легенду «учителю». Ведь нет ничего странного в том, что молодой волшебник в первом поколении время от времени приходит в гости к живущему неподалёку сквибу, поговорить о делах своих паранормальных, которые обычным «магглам» не понять?
— А в целом, как ты тут без меня всё это время? — поинтересовался МакДугалл, глядя на рабочий верстак, где лежал клинок от короткого меча и разобранные на части гарда и рукоять. — Как я понял, торговля заглохла, а ты переключился на внутренний спрос, так сказать?
— По большей части. Исцеления, амулеты, зелья для, как тут принято говорить, «семьи», пару раз пришлось даже заняться экзорцизмом — завелось несколько призраков и даже один фантом по всяким подвалам и складам, где пролилось слишком много крови. Одного изгнал, с него толку было бы немного, остальных забрал себе, из фантома и вовсе может выйти нечто стоящее, — Кайнетт тоже посмотрел на разобранный меч. — От обработанных магией пуль и изменяющихся клинков пришлось пока отказаться, чтобы не привлекать внимания, но защитные браслеты по-прежнему пользуются спросом. Надо бы доработать технологию и усложнить их, когда найдется время.
— Вообще, откуда столько шума-то? — возмущённо спросил Альберт, ударив ладонью по столу. — Ну подстрелил я того парня, ну да, твои пули — дрянь ещё та. Но зачем такой вой поднимать и рыть носом землю, что головы не поднять?
— Тут всё довольно просто, нам всего лишь крупно не повезло. Вот смотрите, — Арчибальд отошел к одной из полок, вернулся со стопкой ежедневных газет магической Британии за конец августа и сентябрь. Бросил их на стол и разложил веером, от ранних к поздним. — Обратите внимание на заголовки: «проклятое оружие», «тёмный колдун», «тёмная магия», «проклятое оружие». Проблема не столько в самих пулях, сколько в наложенном на них заклинании. Британское Министерство магии вообще имеет нездоровую привычку записывать в «чёрную магию» абсолютно всё, что их как-то не устраивает, а потом гордо рапортовать, как оно с этой самой магией борется. Надо же людям чем-то заниматься, премии себе за что-то начислять, — добавил он презрительно. — Палочкой за пятьдесят фунтов и заклинанием «Инсендио», которому детей учат в одиннадцать лет, человека можно сжечь заживо за несколько секунд, и всех всё устраивает. Но зачарованный кинжал, который при ранении заставляет кровь гореть как масло — ужас и мерзость почему-то. Лицемеры. Обрати внимание, Лин, — назидательным тоном добавил маг, — постарайся лишний раз не демонстрировать свой нож, особенно если есть риск столкнуться с кем-то с той стороны. Совершенно невинная вещь, но увы, такое здесь тоже не одобряется.