— Инкарцеро!
— Финита.
Со стороны это выглядело красиво. Разноцветные лучи заклинаний, особенно яркие на фоне белого поля, били с трёх сторон в одну цель, рикошетили от вспыхивающих в воздухе полупрозрачных щитов, рассыпались, встречаясь с летящими навстречу алыми искрами, проносились мимо, порой подбрасывая в воздух целые горы снега. Тонкс крутилась практически на одном месте, на площадке радиусом в два-три шага, перемещаясь по ней туда и сюда, и казалось, она куда больше опасается запутаться в тяжелом зимнем плаще, чем попасть под одно из множества летящих к ней заклинаний. Курсантка аврората сразу заявила, что будет пользоваться в этом «бою» лишь тремя заклинаниями: «Импервиус», щит от стихий, она сразу наложила на свой плащ, так что до неё не долетал поднятый промахами и рикошетами снег, а также резкие порывы ветра; «Финиту», контр-заклинание, порой бросала в ответ, разрушая им ещё в полёте самые медленные «выстрелы» соперников; «Протего», стандартный щит от магии, она творила без слов, постоянно подвешивая перед собой по три-четыре небольших барьера, либо объединяя их в один сплошной.
Кайнетт с вполне объяснимым научным интересом наблюдал за этой демонстрацией, сидя поодаль под прикрытием ещё одного почти прозрачного щита, заранее установленного Тонкс. Перед началом «урока» они в качестве разминки растопили пару сугробов и сформировали (в основном, силами Грейнджер) из получившейся воды что-то вроде небольшой ледяной беседки, закрывающей от падающего снега. Пару оставшихся кусков льда Нимфадора даже превратила в деревянные низкие табуреты, сказав, что где-то на час их хватит. Так что теперь наблюдать за тренировкой можно было в относительном комфорте и не опасаясь случайно прилетевшего заклинания.
После этой подготовки начался и сам первый урок практической защиты от магии. Чтобы прояснить для себя реальный уровень их знаний, Нимфадора для начала предложила трём школьникам использовать против неё всё, чем они сейчас владеют, и вот уже несколько минут дети прикладывали все усилия, но пока совершенно тщетно. Да и не то чтобы они могли представлять для неё серьёзную угрозу… Поттер, облаченный в поношенную куртку размера на три больше нужного, почти целиком сосредоточился на обезоруживающем заклинании, изредка используя пару совсем уж «несерьёзных» чар, которые должны вызывать щекотку или слабость в ногах. Конечно, и от подобных тоже может быть в бою польза, но явно не в таких условиях. Уизли, одетый в какой-то древний слегка облезший тулуп по моде века так восемнадцатого, оказался немногим лучше, демонстрируя знания только за первый, даже не за второй курс, но для разнообразия время от времени пытался поднять Нимфадору в воздух «Левиоссой». Ей из-за этого приходилось ставить широкий полукруглый щит, ведь заклинание не имеет отчётливо видимого «луча» или «вспышки», как многие другие. Грейнджер, единственная из троих выглядящая прилично в коротком пальто и по размеру, и по сезону, проявила себя лучше их обоих, то создавая разнообразные парализующие и оглушающие заклинания на уровне четвёртого курса школы, если не пятого, то пытаясь использовать для маскировки растопленный до тумана снег. Но даже этого было недостаточно для победы.
— Время, — объявила Тонкс, когда истекли отмеренные им пять минут. После чего создала новые щиты так, что сначала «Петрификус» Грейнджер отразился и парализовал Уизли, а затем очередной «Экспеллиармус» Поттера срикошетил в Гермиону, оставив без палочки. — Двое выведены из строя, третьему предлагается сдаться самому. Вот так. Финита Инкантатем, — добавила она, опустив палочку под ноги и убирая этим заклинанием все свои барьеры. Затем расколдовала Уизли. — Я бы сказала, пять баллов Гриффиндору, но не больше. Довольно неплохо для второго курса, однако в вашей ситуации совершенно недостаточно.
— Даже Гермиона? — уточнил Поттер, потирая то плечо, то запястье, заболевшие от непрерывных взмахов палочкой. Говорил он немного хрипло, без передышки выкрикивать заклинания несколько минут подряд ему раньше вряд ли доводилось.
— Даже она. При всём уважении к вашим знаниям, мисс Грейнджер.
— Да я не претендую, на самом деле, — ответила младшая ведьма, поднимаясь с земли и отряхивая снег с шапки и пальто. Арчибальд предполагал, что она всё-таки не до конца была искренней и на самом деле надеялась на первом же уроке поразить курсантку своим владением магией, однако он сидел слишком далеко, чтобы по выражению лица точно определить, говорит ли она правду или просто демонстрирует скромность. Тем временем, немного отряхнувшись, Гермиона огляделась по сторонам.