Маг перевел взгляд на часы — была ещё только половина седьмого. Первое сентября 1993 года, день отправки в школу и полного погружения в мир волшебников. Если он всё-таки собирается отказаться от этого сомнительного удовольствия, то сегодня осталась для этого последняя возможность. Но на самом деле все приготовления уже сделаны и планы менять поздно. Вещи собраны и уложены, указания ученику даны на полгода вперёд, лаборатория запечатана, наводнена ловушками и охраной внутри, а также максимально незаметна снаружи. Даже на эту комнату наложена пара простых местных барьеров, на случай, если заберется случайный вор — ничего ценного или опасного среди оставленных на «официальной» квартире книг нет, но разбираться потом с обвинениями в нарушении Статута ему совсем не хочется. Стоун тоже остаётся жить здесь с сохранением обычного жалования, к тому же в отсутствие «приемного сына» она может заниматься другой работой, пока это не мешает поддерживать нужный образ. С руководством группировки тоже всё удалось решить достаточно мирно, хотя и пришлось дать пару новых обещаний и предложить несколько услуг в добавление к тому, что он оставлял им в своё отсутствие, но этого стоило ожидать.
Так или иначе, отыгрывать всё назад уже поздно, даже если он до сих пор до конца не был уверен в правильности своего решения. Слишком много возникнет ограничений, не все из которых можно преодолеть. Впрочем, если он и собирался отказаться, сделать это нужно было месяц назад. В конце июля в дверь квартиры позвонила высокая дама лет пятидесяти, одетая в строгий, хотя и несколько старомодный костюм, напоминающий об учительнице какого-нибудь частного пансиона. Она представилась профессором МакГонагалл, заместителем директора школы волшебства Хогвартс, и продемонстрировала письмо, адресованное Джеймсу Виктору Мерфи, причем на конверте были указаны не только название улицы и номер дома, но даже и расположение комнаты внутри квартиры. Что оставило у мага немало вопросов о том, какие на самом деле возможности контроля населения имеются в руках руководства магической школы и Министерства магии. А если бы письмо было адресовано Кайнетту Арчибальду, лорду Эль-Меллой, всё и вовсе могло бы обернуться совсем по-другому… Впрочем, этого не произошло, вероятно, за полтора года соединение двух душ уже достигло степени, не позволяющей различить оригинального волшебника и чужака, и потенциальные барьеры против одержимости тоже не должны стать ему преградой.
Кайнетт же с ходу удивил гостью, честно рассказав о побеге из приюта, знакомстве с Нимфадорой и открытии магического мира за полгода до своего одиннадцатого дня рождения. После чего в своей комнате продемонстрировал и купленную на Косой аллее палочку, и учебники за первый курс на столе, иначе говоря, показал горячее желание обучаться магии, а также дал понять, что вводная экскурсия и разъяснение основ ему совершенно не требуются. На самом деле, готовясь к этой встрече, Арчибальд рассматривал разные варианты, в том числе возможность сдать экзамен на получение стипендии, о котором ему когда-то рассказывала Тонкс. Не потому, что она ему нужна, но потому, что он может показать свой уровень сразу. Однако от этой идеи маг в конце концов отказался — продемонстрировать другим свой талант для него совершенно естественно, однако же одновременно о нём пойдут слухи, как о бедняке, который даже на учебники денег наскрести не сумел, раз вынужден просить их у школы, а каждому свои мотивы не объяснишь.
В итоге он заверил профессора МакГонагалл, что уже готов ко всему и первого сентября в одиннадцать часов утра дисциплинированно сядет на поезд, отбывающий в школу, тем более что билет уже находился в конверте с письмом-приглашением. А уже сегодня ему предстоит осуществить всё это. Вспомнив о заместителе директора и её цепком взгляде, Кайнетт поморщился, вновь думая ещё об одной будущей проблеме. Всё это время он разыгрывал магглорождённого сироту либо перед продавцами и хозяевами различных заведений в магическом квартале, общение с которыми сводилось к небольшому набору простых фраз на уровне туристического разговорника, либо перед детьми. В последнюю категорию можно записать даже Нимфадору, которая младше него примерно вдвое. И даже так у Грейнджер возникли подозрения на его счёт, которые она не постеснялась проверить, да и Тонкс пару раз пыталась задавать туманные вопросы на тему его прошлого — не очень умело, но тут проблема лишь в недостатке опыта. А вот в школе, помимо нескольких сот студентов разного возраста и способностей, будут также присутствовать и преподаватели, многие из которых работают там десятки лет и навидались за это время и сирот, и магглорождённых в разных видах и обстоятельствах. И как показало общение с Флетчером и МакДугаллом, при его нормальном поведении просто детской внешности совершенно недостаточно, чтобы кого-то всерьез обмануть.