«Мой господин, я приношу свои самые искренние извинения, однако позвольте мне сказать… Во время боя ваша невеста была похищена».
«Если ты не хочешь, чтобы твоя любимая погибла, медленно обернись назад».
Рядом что-то шептал Норт, кажется, молитву, постоянно сбиваясь и путая слова. Риверс молча плакал, а Макэвой, кажется, даже боялся дышать. Справа и слева из других купе неслись крики, ругань, плач, проклятья… Аура этих существ накрыла всех, но тем, кто оказался рядом, пришлось намного хуже.
«Ничтожества, ради выгоды готовые осквернить рыцарскую честь… Так пусть моя кровь зальёт вашу мечту!»
«Теперь я не смогу убить тебя…»
Сколько уже прошло времени? Несколько часов? Несколько секунд? Кайнетт почувствовал, что если это продлится ещё немного дольше, то рассудок может и не выдержать. Он уже не был уверен до конца, не находится ли сейчас внутри одного из своих кошмаров. Однако способ узнать точно был всего один.
Подрагивающими руками открыв «обычную» секцию чемодана, маг замер на мгновение, затем быстро натянул пару перчаток и достал из-под сложенной одежды рукоять от кинжала, не имеющую клинка. Встав на ноги напротив парящего над полом дементора, он негромко произнёс:
— Не выходите, я сейчас вернусь.
Левой рукой ухватив черный ветхий плащ, он изо всех сил толкнул тварь от себя. Негативная аура, буквально высасывающая из окружающего пространство тепло, свет и позитивные эмоции чуть ослабла, словно тварь растерялась от подобного бесцеремонного обращения. Шагнув вслед за ней в коридор, Арчибальд захлопнул за собой дверь и простым заклинанием сконденсировал на её окне влагу из воздуха, не давая ничего разглядеть изнутри. К тому же капли почти мгновенно замёрзли от близкого присутствия этой твари. Затем, не давая дементору опомниться, отвел в сторону правую руку.
— Clavem.
На рукояти сформировался длинный, почти трёхфутовый узкий клинок. Конечно, это не был настоящий «черный ключ», одно из таинств Святой церкви, успешно используемое экзорцистами для окончательного уничтожения нежити. Всего лишь имитация, не имеющая многократного усиления против поднятых из мертвых и призванных темных духов, однако полу-материальная структура лезвия из магической энергии прекрасно подходила для нанесения урона призракам и иным созданиям, чье существование не ограничено законами реального мира, а также могло воткнуться даже в бетон или в сталь просто в силу самой природы его мистерии. Кайнетт никогда не тренировался для работы с этим оружием и не мог одним таким клинком за полсекунды разрубить упыря на семнадцать мелких частей, разбросанных по комнате, как это сделал бы опытный экзекутор. Потому он просто воткнул лезвие почти по рукоять в голову дементора, куда-то в район пасти, так что оно вышло сзади и пробило стену поезда. А маг отскочил в сторону и выхватил из рукава волшебную палочку, сказав:
— Люмос.
Свет возник, но как и у Чарльза, он был тусклым и дрожащим — дементор словно приглушал или даже поглощал его. Кроме того, в стороне напротив другого открытого купе обнаружилась и вторая тварь, а за окном парило ещё несколько силуэтов. Наверняка и в других вагонах они тоже есть. Но в первую очередь требовалось разобраться с тем, который пытался одной рукой вытащить кинжал, а другой — дотянуться до ранившего его мальчишки. Не похоже было, чтобы это существо получило серьёзные повреждения или испытало какую-то боль от клинка, пробившего голову насквозь и пригвоздившего её к стенке вагона.
Арчибальд открыл цепи, вытянул свободную руку перед собой и начал тихо читать заклинание на латыни. Восемь строк, одна из стандартных мистерий спиритизма – Ограничение действия. По мере чтения на полу под парящим дементором возник серый круг, затем вытянувшийся вверх в почти прозрачную колонну, а затем, та сузилась, сжалась, заключая существо в серую мерцающую пленку замкнутого барьера, когда маг произнёс финальную формулу заклинания:
— Restrictus Actum.
Мистерия временно отсекала духа (а дементоры по всем критериям всё-таки относились именно к этой категории) от окружающего мира, ограничивая любые его действия — чем сильнее существо, и чем дольше время действия, тем выше затраты энергии. Сейчас Кайнетт «убрал» тварь из реальности минут на пять. Как только аура ближайшего дементора исчезла, он просто вздохнул с облегчением, словно до этого долго дышал смесью из старой пыли и колотого льда. Давление на разум ослабло, но не исчезло полностью, воспоминания поблекли, а голоса в голове превратились в шепот.