Маг легко вырвал кинжал, который тварь уже смогла вытащить наполовину, и развернулся к следующему духу. Теперь, не чувствуя каждую секунду как вновь и вновь ломаются кости от попадания пуль, а нервы сжигает поток вышедшей из-под контроля магической энергии, он смог думать более связно и задался вопросом — а откуда они здесь вообще взялись? В Великобритании всего одно место, где обитают дементоры — Азкабан, тюрьма Министерства магии. Вне территорий, выделенных им специально, эти существа могут появляться сами, обычно там, где идут особенно жестокие войны со множеством жертв, пытками и казнями, этим они напоминают низшую нежить, которая может самозарождаться из непогребенных мертвецов на поле боя. Однако Британия — это не Афганистан и не Судан, здесь уже почти пятьдесят лет не происходило настолько крупных кровопролитий, несмотря на все старания всё той же IRA. «Диким» дементорам появиться тут просто неоткуда, а значит, они подчиняются Министерству. Фадж решил немного сократить магическую популяцию в своей стране или подумал, что ему как-то не хватает в жизни новых врагов и необычных приключений? Директор Дамблдор либо очередной учитель Защиты с размахом устроили первое занятие по этой проблемной дисциплине? Последнее заставило бы Арчибальда всерьёз зауважать нового профессора и его уверенность в собственной неуязвимости, однако…
— Экзафанистей! — донёсся негромкий, но полный отчаяния крик.
Волна белого света отбросила второго дементора от открытой двери купе, тварь оставила вмятину в стене, а ближайшее окно пошло трещинами. Однако исчезать не спешила. Кайнетт удивлённо наклонил голову, глядя на это, ведь он узнал название заклинания. Мистерия экзорцизма времён Инквизиции, когда Церковь и сама вынуждена была прибегать к магии для уничтожения волшебников, выведенных ими мутантов, а также просто различной нечисти, расплодившейся за десятилетия войн и эпидемий. Жаль, силы вложено сейчас было недостаточно — если судить по тем упоминаниям, что Арчибальду встречались в немногих работах по той эпохе, не подвергнутых цензуре, в исполнении профессионального экзекутора эта мистерия способна была развоплотить или на годы сделать неопасным даже дементора, не говоря об обычных ревенантах или баньши. А ещё Кайнетт при всём своём любопытстве так и не нашел подробных описаний данного заклинания, не говоря уж о руководстве, по которому можно ему научиться. Среди всех в этом поезде знать его могут буквально единицы, и у него была неплохая версия о том, кто именно это проделал.
Маг прикинул расстояние до вновь зависшей над полом твари: пятнадцать футов, коридор погружен почти в полную темноту, не считая слабых отсветов из нескольких купе, а имитация ключа для его нынешнего роста выглядит даже не как кинжал, а как меч, возможно, даже и двуручный. Экзекутор в этой ситуации решил бы всё простым броском, однако ему придется действовать иначе. Кайнетт подбросил своё оружие в воздух, затем с помощью резкого порыва ветра швырнул клинок в духа. Лезвие пробило голову твари и, хотя и не причинило вреда, заставило озираться по сторонам в поисках угрозы. Этой заминки оказалось достаточно, чтобы Арчибальд без спешки дочитал заклинание, которое создало вокруг существа барьер в виде серой призрачной цепи, прижимающей его руки к телу и не дающий двинуться с места. А затем просто воспользовался единственным имеющимся в руках мистическим знаком.
— Финита, — по его команде короткая красная вспышка попала в поблескивающее отраженным светом лезвие, на пол упала материальная рукоять. — Ступефай дуо.
Дементора отбросило по коридору к двери, ведущей к следующему вагону, подняться в воздух вновь из-за действия цепи у него уже не получалось. Кайнетт быстрыми шагами дошел до открытой двери, напротив которой тот недавно стоял и заглянул внутрь. В купе оказалось трое дрожащих и близких к обмороку детей, слабый «Люмос» кто-то из них успел подвесить к потолку, и в его неверном свете все лица показались магу незнакомыми. Только пару секунд спустя он понял, что смертельно-бледная девочка, выставившая перед собой незнакомый магический щит сиреневого оттенка и сжавшая палочку двумя руками так, что ногти впились в ладонь до крови — вечно витающая в облаках Луна Лавгуд.
— Мама, мама, мама…
Только её шепот нарушал царящую здесь тишину.
Маг не успел ничего сказать — сбоку потянуло холодным воздухом, голоса в голове стали громче, перед глазами вновь возникли образы проигранной войны и всего, что он потерял… Обернувшись, Кайнетт увидел, как с другой стороны в вагон медленно вплывает ещё один дементор. Однако в этот момент распахнулась одна из дверей, в коридор, ругаясь последними словами, буквально выпал какой-то старшекурсник и выпалил на одном дыхании, не замечая, что рядом есть кто-то посторонний: