— Сел играть — играй, хочешь думать о вечном — думай, но не надо это делать одновременно, — произнёс Росс, с которым маг вёл партию в шахматы, параллельно размышления о прочих делах. — Не хочу, чтобы потом говорили, будто я выиграл из-за невнимательности соперника. Да и просто невежливо это.
— Был неправ, — признал Кайнетт. Как всякий образованный человек, в игре этой он разбирался достаточно и считал, что против ребенка можно не слишком и стараться. Однако положение на доске успело стать незавидным, пока он был занят мыслями о работе с мистическими знаками. Не то чтобы у него не осталось других дел, как раз наоборот, но требовалось хотя бы немного времени уделять общению с однокурсниками, а тем более с соседями. Передвинув коня, что даст шанс немного выправить общее положение через три хода, маг добавил: — Недавно узнал кое-что интересное, и появились кое-какие возможности. Скажи, Ирвин, а как ты относишься к семейству Малфоев?
— Странный вопрос, — ответил тот, делая ответный ход. — Старая семья, известная, богатая, мы им не ровня. В войну поддержали Сам-знаешь-кого, но им ничего за это не было. Нынешний наследник учится на Слизерине, но мы с ним даже в школе пересекаемся разве что в большом зале, так что про него я ничего не скажу. Ну, а отец его у нас в попечительском совете.
— Просто интересно, если, чисто теоретически, я решу устроить с этим наследником дуэль и, опять же, теоретически, приглашу тебя секундантом, то не получу ли «Петрификус» в спину? Исключительно из уважения к старому роду.
— Нет, мне было бы любопытно на это посмотреть, — после паузы ответил волшебник. Кайнетт, наверное, впервые видел всегда спокойного мальчишку искренне удивлённым, но тот быстро вернул обычное равнодушное выражение лица. — Чисто теоретически, разумеется, если что-то подобное произойдёт. Однако почему именно я? А не Керри, например? — он кивнул на сидящего у другого конца стола Саймона, обложившегося книгами.
— Он ещё слишком мало знает о традициях магического мира. К тому же история его явно доконала и не оставила времени больше ни на что… — добавил Арчибальд, заглянув в пергамент, где магглорождённый что-то кривовато вычерчивал пером, держа в другой руке первый том «Истории магии». Маг позвал его, чуть повысив голос: — Саймон. Вернись к нам и объясни, что ты там рисуешь?
— Чего? А, Джим, это ты. Да Бинс же в прошлый раз рассказывал про Артура и Круглый стол, но опять с середины, и половину было не понять, так что стараюсь восполнить. Вот, пытаюсь по описанию прикинуть, как выглядел Экскалибур.
— Вот это? — скептически заметил Кайнетт, оценивая рисунок. — Короткий клинок, здесь, видимо, украшения и драгоценные камни в рукояти… Но он же даже близко не такой.
— В книге есть описание. И в тех книгах об Артуре, что я читал дома, — возразил Керри убеждённо.
— Ясно, тяжелый случай заблуждения. Требует столь же серьёзных мер, — приподнявшись с места, маг оглядел гостиную и быстро нашел взглядом светловолосую ведьму, в одиночестве сидящую с толстой книгой в кресле у окна. — Миледи Лавгуд, боюсь, без вашей консультации тут не обойтись.
Разумеется, артурианский цикл он и сам изучил достаточно неплохо, а перед войной ещё и освежил старые знания, ведь среди героических душ мог встретиться кто-то из эпохи Камелота (хотя на самого Артура… или саму, маг всё же не рассчитывал). Однако сейчас вспоминать точные цитаты из легенд или свидетельств волшебников-хронистов ему не было необходимости, если можно поручить это человеку, который их знает намного лучше. Экономия сил и времени налицо.
— Сейчас приду, раз есть во мне нужда, — ответила Луна задумчиво, прежде чем неторопливо направиться к первокурсникам.
— Ты так близко знаком с лунатичкой, Джеймс? — поинтересовался Росс, незаметно покрутив пальцем рядом с головой.
— На фоне некоторых решений профессоров, деканов и директора, я склонен считать её саму и её поступки чрезвычайно нормальными и здравыми, — негромко ответил маг, вспомнив вчерашнее открытие о почти бесконтрольной раздаче темпоральных артефактов подросткам. Затем уже громко пояснил для приближающейся Лавгуд: — Итак, обрати внимание, наш неразумный собрат по факультету пытается представить себе Экскалибур Артура, но вот результат…