— Не знаю, кто рассказал тебе всю эту чушь, но даже если тут есть хоть крупица правды… что же, лучше вырвать Гарри «из лап Дамблдора», чтобы преподнести его Волдеморту? На блюдечке, чего тот только и ждёт.
— Волдеморт мёртв. Уже двенадцать лет как мёртв, Лунатик.
— Да чёрта с два он мёртв. Жив, хотя сейчас он и не в той форме, что раньше. И один из вас работает на него. А то и оба, это было бы в его духе. И если вы хотите отдать сына Джеймса ему… боюсь, я не могу этого допустить.
— Я лишь хочу спасти Гарри, — обиженно взвизгнул Питер, оскорбленный недоверием Люпина. — Стоило узнать, что этот… сбежал от дементоров, и я не смог сидеть и ждать. После того, что он уже сделал, разве ты поверишь хоть одному слову убийцы? Тебя там не было, Римус, а я видел всё. Взрыв, кровь повсюду, десятки убитых, умирающих, искалеченных людей… детей, таких же, как Гарри, и даже младше. Он половину квартала превратил в руины, только чтобы меня достать, что ему ещё одна жизнь или ещё дюжина невинных людей, оказавшихся на пути? Я только пытался не дать ему добраться до сына Джеймса и Лили, не дать ему закончить начатое тогда. А ты ставишь меня на одну доску с этим предателем, Римус. Ну же, помоги мне, скрутим его и вернём обратно в Азкабан.
— Что ты вообще знаешь об Азкабане, ничтожество? — прозвучал новый голос.
Кайнетт резко дёрнул головой, переводя взгляд на вновь прибывшего. Он не выставлял сигнальный барьер, опасаясь привлечь внимание, только отправил призрака чуть дальше в сторону школы, чтобы заметить приближение подкреплений. Однако довольно высокий светловолосый волшебник появился с другого направления, из глубины леса. Кто это мог быть — Джеймс Поттер, для полного комплекта? Однако ни один из трёх присутствующих не выглядел достаточно шокированным, Блэк так и вовсе, казалось, обрадовался гостю. К тому же, неизвестному на вид не было и тридцати.
Правда вот все эти появления уже казались частью спектакля, выходом актёров на сцену, одного за другим. Допустим, Грейнджер и Люпин действовали спонтанно — от его собственных действий, от того, как строился у них с Мерфи разговор, зависело, в какой момент времени эти двое покинут школу и как быстро доберутся до места. Но что насчёт всех остальных? Всё спланировал один из них? Или кто-то извне?
— Ты как раз вовремя, Барти, — не оглядываясь, произнёс Блэк. — Сам видишь, как всё обернулось.
— Извини, нужно было перехватить подручных этого мерзавца. Я не думал, что так задержусь.
— Крауч? — удивился Римус, разглядывая его. — Но ты же…
— Мёртв? Так вам всем сказали? Однако ситуация немного иная. Люпин, ты и понятия не имеешь, как всё обстоит на самом деле. Как людей отправляют за решетку на годы по одному слову, без доказательств. Из-за таких, как он, — волшебник кивнул на Петтигрю, — или как Игорь. Тот теперь большой человек, директор, да и этот явно не бедствовал, пока мы там в тюрьме загибались от холода. Люпин, ты же хоть и гриффиндорец, но умный человек. Неужели не видишь, что творит наш любимый непогрешимый председатель Визенгамота? Одних — купил, других — убрал подальше, а третьих… как Джеймса Поттера. Или ты теперь тоже у старика на поводке?
— Я ни у кого не на поводке, — огрызнулся профессор резко. — Но слова Пожирателя меня не убеждают. Я дрался с такими, как ты, и буду драться дальше.
— Верно, Лунатик. Какой вообще со слизеринцем разговор! — крикнул Петтигрю, наводя палочку на Крауча. — У них одно предательство на уме всегда.
— Уж кто бы говорил… — протянул Барти, а затем резко взмахнул своей, крикнув: — Диффиндо Максима! Релашио.
— Протего Дуо!
— А-а-а-а!
В последний момент Питер успел выставить защиту, причем сразу усиленную, вот только режущее заклинание отразилось от неё и просто «перечеркнуло» Люпина, рассекая грудь, живот и почти отделяя руку с волшебной палочкой. Профессор закричал от боли, а затем закашлялся, задыхаясь, и осел на землю. Судя по движениям левой рукой, он пытался наложить какие-то заклинания без мистического знака, но у него ничего не получалось. «Релашио» пробило щит и свалило Питера в грязь, заставив проехать пару футов на спине.
— Римус! — прорычал Блэк, бросаясь к Люпину.
— Экспульсо, — Петтигрю в падении не выпустил палочку и, не успев встать, заклинанием перехватил его в прыжке.