Хотя что касается детей, директор наконец решил озаботиться их безопасностью и до конца семестра отменил походы в Хогсмид и любые практические занятия в лесу. Ходили слухи, что если ситуация не разрешится, то с января в деревню выпускать старшие курсы всё-таки будут, но по особому графику — человек по сорок в один день и только под постоянным надзором нескольких преподавателей. Магглорождённые уже прозвали это «школьной экскурсией», впрочем, почти все осознавали, насколько опасность серьёзна и что угроза отчисления за самовольный уход за пределы замка — вполне подходящая мера в текущих обстоятельствах.
— Джеймс, сможешь ответить на пару вопросов? — спросил Люпин вежливо, когда компания студентов Рейвенкло поравнялась с ним.
— Разумеется, профессор, — согласился маг, внутренне подобравшись и приготовившись к чему угодно.
— Тогда не будем мешать остальным. Поговорим в кабинете.
Класс ЗОТИ был пуст, чужое присутствие внутри не ощущалось. Профессор палочкой передвинул от стены одну из парт вместе со стулом, затем пододвинул ближе учительский стол. После чего незнакомым заклинанием запер дверь и создал барьер, искажающий звук в пределах этого помещения. Закончив с приготовлениями, Люпин сел за стол, демонстративно отложив мистический знак на самый край, подальше от себя. Вряд ли он не смог бы при необходимости подбросить его прямо в ладонь, скорее это просто был жест доверия. Маг сел напротив, всё ещё внимательно наблюдая за оборотнем. К сожалению, из-за необходимости скрывать свои возможности он лишился почти всего арсенала, осталось лишь несколько стальных заготовок с наложенными заклинаниями и флакон с Volumen Hydrargyrum.
Свой прототип он вернул вчера, добравшись до места сражения в лесу. Сделать это оказалось непросто — теперь с дюжину дементоров постоянно патрулировали Запретный лес вокруг замка, не столько в поисках Блэка и его подельников, сколько из необходимости не пускать туда учеников. Однако с помощью барьеров Арчибальд всё-таки сумел пройти мимо. Ментальная защита всё ещё плохо справлялась с их аурой, оставалось полагаться лишь на собственный самоконтроль и держаться от тварей подальше, однако скрыться от их поиска было возможно, благо эти духи не полагались на зрение, а ориентировались на эмоции и непосредственно души живых, как многие виды нежити и призраков.
— Я полагаю, наш уговор в силе? — просто спросил Кайнетт.
— Да. Авроры считают, что я потерял сознание сразу после «Диффиндо» и потом слышал лишь обрывки того разговора. Потому могут рассчитывать лишь на твои собственные показания. Директор знает чуть больше — ему я рассказал о словах Питера и Барти, и что они собирались всех убить. Тебя упомянул, но мельком — вроде бы кто-то из учеников выбежал, предупредил о помощи, потом использовал пару заклинаний и быстро оказался ранен. Между прочим, если бы ты перед тем, как потерять сознание, хотя бы достал палочку и бросил где-то рядом, всем было бы намного проще, — укорил его профессор.
— Итак, поговорим? — уточнил маг. Последнее замечание он предпочел проигнорировать. Хотя про себя признавал, что было оно справедливым, но в тот момент он слишком спешил, и необходимость подобным образом обеспечить себе алиби просто не пришла в голову. Да и слушать упрёки от оборотня было довольно унизительно.
— Поговорим, — согласился Люпин. — Для начала, что именно тебя интересует, какие ответы я буду должен? В тот раз не нашлось времени спросить, — слабо улыбнувшись, добавил он.
— Поттер, Блэк и остальные, одержимый профессор в прошлом году и неизвестный инцидент в позапрошлом. Меня интересует вся эта ситуация, текущая угроза для школы.
— И зачем тебе всё это знать? Неужели одно лишь любопытство?