— Это шантаж? Попытка сделать из меня соучастника своего плана? — уточнил Люпин. Вроде бы даже без угрозы в голосе.
— Это объективно оставшиеся у нас варианты в текущих условиях. То есть, когда директор не собирается делиться своими планами, знаниями реального положения вещей и причин происходящего. А также не готов убрать Поттера как можно дальше и полагается на старые схемы и правила войны. Мы можем либо действовать самостоятельно в рамках данной ситуации, либо поменять сами рамки. Я могу переехать на учебу и в Штаты, ты можешь вытащить Поттера за пределы Британии куда-нибудь в Канаду, где вас не найдут, к примеру. Но я не хотел бы полностью списывать текущий вариант, пока ещё можно что-то сделать. Уже вложился в подготовку, жаль было бы потерять весь накопленный прогресс. В крайнем случае, можно пойти и попытаться переубедить директора, возможно, даже вместе. Но скажу прямо, я не верю, что так чего-то удастся добиться — он старше нас обоих, вместе взятых, и явно имеет собственное мнение на этот счёт.
— Мне нужно подумать, — просто ответил Люпин. — Нельзя принимать подобные решения на ходу, тем более, что мы говорим о чужих жизнях и судьбах. Превращать Гарри в убийцу и параноика вроде Грюма я точно не желаю.
— Не мы виноваты в его положении. Ни ты, ни я, и не он сам, а другие люди и независящие от нас всех обстоятельства. Однако если хороших вариантов решения нет, приходится выбирать тот из плохих, который больше нравится, — справедливо заметил маг.
— Мне нужно подумать, — повторил оборотень. — Поговорим в среду. Однако наш уговор в силе, и даже если я решу рассказать всё директору, то сперва тебя предупрежу.
— Тогда до встречи, профессор, — тоном «Джеймса Мерфи», то есть вежливого и почтительного к взрослым магглорождённого волшебника, произнёс Кайнетт, подходя к дверям. Дождался, когда оборотень снимет барьеры и охранные заклинания, и так же скромно добавил: — Надеюсь, в этот раз вы выберете верное решение, сэр.
***
Уже за полночь, когда соседи по комнате уснули, Арчибальд создал небольшой источник света и, взяв лист бумаги, принялся набрасывать черновик магического круга. Каникулы начнутся через две недели, и уже сейчас ясно, что времени на «сон» у него там не предвидится вообще. Во-первых, нужно будет заняться учеником, проверить его навыки и, исходя из них, подготовить программу на второй семестр. Во-вторых, снова подготовить определенный запас зелий и предметов для «работодателя», правда, с учетом изученного в школьной библиотеке, тут можно будет предложить несколько новых рецептов и немного увеличить доход и репутацию. В-третьих, необходимо срочно восстанавливать и наращивать боевой потенциал, а значит, за короткий срок требуется изготовить новые мистические знаки. В-четвёртых, нужна информация в свете новых обстоятельств, много, по разным темам, и информацию эту отыскать тоже будет непросто. А отправить письмо заранее он не рискнул — он не собирался доверять местной магической почте до тех пор, пока не будет досконально знать каждый аспект её работы и потенциальные способы перехвата. Имелось и «в-пятых», «в-шестых»… И на всё у него будет даже меньше двадцати дней. Конечно, оставался вариант, что Люпин решит сломать всю ведущуюся сейчас игру — выдать его директору или сбежать вместе с Поттером. И то, и другое повлияло бы на будущие планы, хотя и очень по-разному. Однако маг верил в благоразумие оборотня, и что тот не станет делать столь резких движений, ограничившись менее радикальными мерами. Потому пока можно готовиться к каникулам в прежнем темпе, сейчас нельзя терять и пары дней.
А ещё следовало учесть маховик времени. Кайнетт нашел его на том же месте, когда вчера вернулся за ртутью, и это открывало новые перспективы. Он собирался в своё время поинтересоваться у Флетчера или МакДугалла, сколько может подобный стоить и реально ли его вообще приобрести даже на черном рынке — предмет явно редкий и очень сложный в изготовлении, а это предполагает, что по рукам обязательно ходят десятки подделок. И в этой жизни выбросить целое состояние на нерабочую фальшивку он не мог не только потому, что пострадает репутация, его собственная и пока несуществующей семьи, но и по столь банальной причине, как постоянный недостаток средств на собственные проекты. А ведь планов и тем для исследования множество, и на всё нужны деньги, деньги и ещё больше денег.