Маг уснул почти мгновенно, впервые за долгое время — без сновидений и кошмаров.
Глава 30
Занятия начались десятого января, на следующий день после возвращения учеников. У первого курса Рейвенкло в этот понедельник перед обеденным перерывом подряд шли два урока заклинаний. Их декан с довольным видом объявил, стоя перед классом:
— Сегодня мы рассмотрим тему, которая будет в практической части экзамена за год, потому лучше разбудите тех, кто уже успел уснуть. И для начала, кто мне объяснит разницу между длительными и продолжительными заклинаниями? К примеру, Виллин?
— Длительные — дольше, профессор, — логично заявил юный волшебник. — А суть та же самая.
— Неверно, это разница между длительными и долговременными заклинаниями. Эмбер?
— Я не уверена, сэр. Возможно, продолжительные — продолжают действие каких-то других? — запинаясь, тихо произнесла Аманда. Кайнетт слегка усмехнулся, глядя на это представление. Он даже почти поверил, что она не знает верного ответа.
— Нет, они ведь продолжительные, а не продолжающие. Селвин?
— Продолжительные заклинания можно поддерживать, то есть от волшебника требуется продолжительное действие, — с самоуверенным видом заявила Марисса, не сомневаясь в правильности своего ответа.
— Прекрасно! Именно так. А какие заклинания из уже изученных являются продолжительными? Мерфи?
— «Диффиндо» относится к продолжительным, потому что палочкой в любом случае требуется обозначить разрез определенной формы и длины, — ответил маг, отвлекаясь от изучения учебника за четвёртый курс. — «Инсендио» может применяться как точечно, на один объект, так и продолжительно, если вести пламя на некоторое расстояние. «Вингардиум Левиосса» также может применяться разово, чтобы подвесить объект в воздухе, так и продолжительно — меняя жестами его высоту и расположение.
— Замечательно. А теперь внимание, именно виртуозное владение последним заклинанием от вас и потребуется. Смотрите внимательно и вспоминайте слова те, кто их за каникулы забыл. Вингардиум Левиосса, — он палочкой поднял стул, а затем начал его перемещать в воздухе и крутить по всем трём осям, меняя скорость и направление.
Уже после урока, когда студенты покидали аудиторию, Флитвик слез со своей подставки и попросил:
— Мерфи, не могли бы вы задержаться ненадолго?
— Да, профессор, — согласился Арчибальд. Вряд ли можно ожидать какой-то проверки или вопросов о сражении в лесу. Однако он был готов и к такому.
— Много времени я не отниму, — пообещал преподаватель, жестом приглашая присаживаться. Палочкой без слов подтянул себе стул и сел сам. Поинтересовался, глядя на ученика: — Скажите, вы хотите, чтобы Рейвенкло выиграл кубок школы?
— Нет, — ответил маг прямо. Вот этого вопроса он совсем не ожидал, потому даже слегка растерялся. Затем решил уточнить: — Не в том смысле, что я хочу, чтобы мы проиграли, а в том, что не думаю о победе. Мне всё равно. Выиграем — ладно, проиграем — тоже ничего плохого.
— А вы ведь сами принесли долю баллов в общий котёл, если можно так сказать. И помогли принести другим, — напомнил профессор.
— Я же не могу отказываться, если их дают учителя? Но я на вопросы не ради баллов отвечаю.
— Просто вы не думали, как для других выглядят ваши дополнительные занятия? Вы, Росс, Лавгуд, Макэвой и остальные — вы улучшаете знания учеников с других факультетов, причем уже хорошо успевающих учеников. Они получают больше баллов и повышают шансы не Рейвенкло, а Слизерина или, скажем, Хаффлпафа, — объяснил Флитвик, с интересом ожидая его реакции на эти слова. — Кто-то из ваших собратьев по факультету может сказать, что вы играете против нас всех.
— Так решат только дураки, — пожав плечами, ответил маг. В данном случае, он в самом деле считал именно так. — А я надеюсь, Рейвенкло всё-таки не для красоты называют «факультетом умников».
— Но мне всё же интересно — зачем? Зачем столько усилий? Я вижу, что вам скучно на уроках, вижу, что вы уже неплохо освоили латынь, когда другие до сих пор путаются в слогах, — на удивленный взгляд ученика, профессор пояснил: — Это заметно, что вы не просто заучиваете все заклинания наизусть, а понимаете, что означают эти слова. И всё это — зачем?
— Видите ли, профессор, так уж вышло, что я узнал о магии за год с лишним до получения письма. Тогда же узнал о разделении на магглорождённых и чистокровных, и что даже семьи из одних волшебников могут иметь разный вес в обществе. Тогда я решил, что не хочу в школе оказаться самым последним просто потому что я за десять лет ничего не слышал о магии и у меня в родне нет ни одного волшебника, насколько мне это известно. И начал наверстывать упущенное.