— Мы все здесь друзья, — явно издеваясь, Малфой медленно обвёл рукой класс. — Директор ведь об этом каждый год так долго говорит во вступительной речи. Или наша Мисс Примерное поведение не слушает нотации директора?
— Что ж, поздравляю, мистер Малфой. Официально можно заявить: ты меня вывел из себя. Джеймс?
— Разве я могу сказать "нет" в такой ситуации? Я в деле, — вынужден был признать маг. Им в самом деле не оставили выбора, ведь отказаться сейчас от дуэли — означает уронить весь набранный авторитет. С большой высоты уронить, а потом ещё и растоптать.
— У вас неделя, чтобы попрощаться с репутацией, грязнокровки. В следующую пятницу мы всё решим. Не забудьте секундантов. И носилки, — Малфой развернулся и вышел, за ним последовали остальные четверо.
Сбоку донёсся не очень понятный звук, напоминающий приглушенный радостный вопль. Оглянувшись, маг увидел Лавгуд, наблюдающую за происходящим с совершенно счастливым видом и закрывающую себе рот руками.
— И что это должно означать? — поинтересовался он у Райана, кивнув на неё, при этом без уверенности, что получит ответ.
— По-моему, лунатичка в полном восторге. Официальный письменный вызов, сравнение сил наставников и их последователей в схватке, меряние… амбициями, так скажем. Такого уже при наших родителях в школе практически не случалось, видимо, она и не надеялась увидеть вживую все самые славные традиции.
— Сумасшедший дом… — произнёс Кайнетт тихо, закрывая голову руками. «Если будет время» — кто же его заставлял говорить это вслух?
***
«И всё-таки, какой из вариантов?» — размышлял маг, оглядывая будущих противников и место для поединка. Чтобы не привлекать лишнего внимания, они собрались в подземельях замка, в тёмном, выложенном камнем зале, когда-то служившим погребом или складом, а ныне давно пустующим. Прошлой ночью Кайнетт изучил здесь каждый дюйм в поисках заранее установленных ловушек и барьеров, однако так ничего и не нашел. Не то чтобы он не верил в честность чистокровных наследников, скорее справедливо предполагал, что верность слову и уважение к противнику на грязнокровок не распространяются, потому и в нарушении правил против тех, кого не считаешь ровней, нет совсем ничего зазорного. Он и сам так считал. Его собственное следящее заклинание, оставленное вчера, показывало, что и за день никто тут перед поединком не появлялся. Однако это ещё ничего не означало, и потому мысленно продолжал перебирать версии.
Дело в том, что причин для всего происходящего могло быть много и помимо банальной ненависти к «грязнокровкам». К примеру, отвлечь нежданных «защитников» столь нужного кому-то Поттера и занять их время подготовкой к совершенно ненужной им дуэли (что уже успешно удалось). Или проверить их на прочность, провести разведку перед следующей атакой. Измотать их, ранить или покалечить «в результате несчастного случая». Подвести под расследование и перспективу исключения за нарушение правил, что бы там Крауч ни говорил о невозможности выгнать магглорождённого… И Селвин, и Малфой из семей, служивших так называемому «лорду», и вполне возможно, их родители и сейчас поддерживают Крауча и его подручных деньгами и информацией. А значит, они могли привлечь к «семейному делу» и детей, раз взрослым нелегко оказаться в школе и задержаться там надолго. Зеркало в его спальню тоже вполне могла положить и Марисса, либо Аманда по её приказу.
Грейнджер от этих намёков отмахнулась, заявив, что ему стоит придерживать свою паранойю, а всё объясняется банальной жаждой реванша. Малфой не мог так легко взять и вызвать первокурсника на поединок — его просто засмеют свои же, как будто и так проблем с репутацией не хватает в этом году. Другое дело — магглорождённая с того же третьего курса, с которой они уже два года «на ножах», и это всем известно. Ну, а просто в качестве повода он воспользовался её учеником, против которого выставил другую первокурсницу (и она с тем самым учеником тоже отнюдь не ладит), так что со стороны сражение будет выглядеть в равных категориях. Арчибальд сомневался в этой версии, однако принял её как самый мягкий вариант конфликта, в свою очередь предупредив «учителя» готовиться и к грязной игре, если у поединка найдётся второе и третье дно.
Помимо самих участников здесь же находились и секунданты, два человека с третьего курса и два — с первого. Гойл, Эмбер, Уизли и Эгберт. Кайнетт выбрал «новую знакомую» Клэр по двум причинам — во-первых, ей полезно будет увидеть магию уровнем выше первого-второго курса, а во-вторых, если начнётся реальное сражение, с неё будет чуть-чуть больше толку, чем с других первокурсников Рейвенкло. У Грейнджер выбор и вовсе был из двух вариантов, а тащить Поттера в потенциальную засаду она не хотела, вместо этого «надежда Британии» сейчас проводит время на отработке у Флитвика под присмотром профессора и других учеников, да и авроры сейчас тоже на этажах, а не в подземелье. У Люпина было бы надёжнее, но увы, оборотень опять «болел», ведь полнолуние наступило только вчера.