— Как успехи? — поинтересовался Кайнетт, не подходя слишком близко. Вопрос был задан только из вежливости — он и так видел, что результаты не впечатляют. Недостаточно плавные движения, слишком медленные переходы, плохой контроль равновесия. Конечно, ему было с чем сравнивать, да и едва ли стоит ожидать большего в школе, где физическая подготовка практически отсутствует за пределами работы с основным мистическим знаком. Особенно от человека, проводящего большую часть своего времени за книгами, а не в спортзале.
— Пока не очень… — завершив движение, признала и сама Грейнджер. Вряд ли она видела все свои ошибки, но сам факт наличия проблем не могла не замечать. Затем она просто застыла на месте, держа мистический знак перед собой и пожаловалась: — Тяжело. Тем более, нагружать приходится слабую руку, я ведь всё-таки не левша. Знаешь, я, конечно, сама это придумала, но не представляю, как бы я крутила так даже стеклянным лезвием. Возможно, бросила бы это всё в первую неделю.
— Я ведь уже говорил, два разных набора рефлексов…
— Да-да, я помню, — отмахнулась ведьма, затем достала палочку правой рукой. Взмахнула ей, без слов обозначая жест для «Протего», затем для «Ступефая». После чего сменила стойку и сделала несколько взмахов оружием в левой. Кивнула на стол с книгами, добавив: — Мышечная память, закрепление триггера, ассоциативный ряд… Я тоже всё там очень внимательно прочла, вот только шпага от этого легче не становится. В свободное время, конечно, делаю хотя бы упражнения, которые нам профессор Флитвик рекомендовал на первом курсе — объяснила соседкам, что хочу научиться колдовать и левой рукой. Смотрят странно, но, кажется, уже не удивляются. Вот только времени всё равно потребуется много.
— Кстати, мне стало интересно, почему ты не хочешь показывать тренировки даже своим… друзьям? Я могу понять нежелание раскрываться перед всеми сразу, но…
— Петтигрю знал, что я именно на третьем курсе, — произнесла Грейнджер, передёрнув плечами. — Значит, либо следил сам, либо ему кто-то докладывал. Потому, пока всё это не закончится, я не хочу заранее раскрывать свои карты, — она вернула палочку в футляр, затем взяла прислонённые к столу ножны из гладкого дерева и убрала в них шпагу. Когда ледяной клинок полностью скрылся, а эфес с тихим стуком коснулся устья ножен, у неё в руках вдруг оказался длинный сложенный зонт с деревянной ручкой. Ведьма пояснила с довольным видом: — Простая иллюзия. Я недавно объяснила профессору Люпину, что мне нужно заниматься, а он был так любезен и согласился помочь. Думаю, проявляющего заклинания не выдержит, но так хотя бы внимание можно не привлекать.
— Да, особенно зная, что ты уже освоила «Импервиус» для защиты от дождя и снега… — с сарказмом обратил внимание маг на слабость этого плана.
— А какие были ещё варианты? Трость, как у старшего Малфоя? Указка? Сикомидзуэ, как у того как бы слепого японца в фильмах? Тубус для бумаг на ремне? Я перебрала все хоть сколько-то правдоподобные варианты, — горячо возразила ведьма. Видимо, и впрямь потратила на продумывание достаточно времени.
— Возможно, ткань с дезиллюминационными чарами решит проблему? — спокойно предложил Кайнетт. — А в идеале — расширение пространства.
— Ну, оставим как план на будущую доработку.
— Это правильно. И что же, профессор так легко согласился тебе помогать с чем-то подобным? — поинтересовался он. Не то чтобы в такой самостоятельности было нечто зазорное, но он, при желании, смог бы сделать всё необходимое и сам.
— Нет, не сразу. Пришлось сначала объяснить, что это такое, — улыбнувшись, Грейнджер добавила: — Что я вовсе не сошла с ума после всего пережитого в прошлом году и не собираюсь теперь резать людей зачарованным оружием, дабы сбросить накопившийся от учебы стресс... Думаю, уж профессор Люпин — последний человек, которого можно сейчас подозревать в предательстве, так что с ним не опасно было поделиться. В итоге идея его заинтересовала, так что профессор согласился помочь с этими чарами, ради спокойствия остальных студентов в том числе.
— А всё же, что насчёт друзей? — напомнил Кайнетт о своём вопросе. Стоять надоело, потому он заклинанием создал толстое одеяло и положил на один из заиндевевших стульев. Всё-таки в вопросе подобного решения почти бессмысленных бытовых задач волшебники достигли немалых успехов. В прошлой жизни ему бы в голову не пришло тратить проекцию на такую мелочь, но здесь процветало иное отношение к магии. Приходилось соответствовать. — Я ценю твоё доверие, но мне кажется, им бы тоже было полезно понаблюдать. Тем более свободного времени у них явно хватает, даже с учетом отработок.