— Да, босс. Хотя жизнь ты нам сейчас не упростил точно… — проворчал сквиб негромко.
— Знаю. Но я надеюсь, справимся и так. Вот это, — Кайнетт извлек из кармана стилет в ножнах, у Лина такой же сейчас лежал в кармане куртки, — тоже лишь на крайний вариант. Пока обойдемся без поднятых мертвецов.
— Жаль. Как раз пули они бы на себя приняли неплохо.
— Неважно, — отмахнулся маг. Произнёс наставительно: — Наших возможностей и так более чем достаточно. Займись пока клинками.
— Сейчас, — кивнув, Лин быстро снял небольшой рюкзак, извлек три «призрачных» образца холодного оружия и произнёс арию: — Impatiens.
Рядом с саблей, мечом и топором возникло по одному фантому, призраки, подчиняясь командам мага, сразу же почти прижались к земле, чтобы их за оградой не было видно из окон. Этим фамилиарам Арчибальд мысленно внушил тот же приказ, что недавно отдал ученику: Петтигрю (в человеческой или звериной его форме) и магглов — лишь вывести из строя, всех остальных — уничтожить на месте. Заодно маг оглядел присевшего рядом с духами сквиба. Лливелин держал в руках свой штуцер, а поверх куртки нацепил охотничий патронташ с обычными и зачарованными боеприпасами, также на поясе появилась кобура с каким-то новым пистолетом и подсумок под пару гранат. Ученик взял с собой ещё пару пистолетов и даже дробовик, как он объяснил — «на вампиров», но оставил в машине, всё это просто уже некуда было повесить, массивный штуцер и без того требовал немалой ловкости для стрельбы и быстрой перезарядки.
Тем временем сам Кайнетт встал, извлёк из внутреннего кармана перчатку из драконьей кожи, над которой работал все зимние каникулы, натянул на левую ладонь и заученным жестом запустил концентратор энергии, быстро начавший вращение и сбор окружающей маны. Затем маг открыл флакон зачарованного стекла, выливая на траву ртуть — получившаяся «капля» оказалась огромной, почти в центнер весом. Убрав пустую ёмкость в карман, он присел и аккуратно, почти нежно коснулся левой рукой серой поблёскивающей поверхности металла. Когда Кайнетт выпрямился вновь, от пальцев к ртути протянулись пять тонких, почти прозрачных нитей жидкой ртути, постоянно связывающих два мистических знака.
— Fervor, mei sanguis, — произнёс Арчибальд не без самодовольства, и даже знакомая боль в работающих почти на полную мощность магических цепях не доставляла такого неудобства, как обычно. — Automatoportum defensio, Dilectus incursion.
В конце концов, он мог собой гордиться, сумев обойти, казалось, фатальное ограничение тела мага в первом поколении. Да, пускай он не смог повторить сложную энергетическую структуру концентратора и проводника магии идеально, однако даже в таком виде он теперь тратил на поддержание своего воссозданного мистического знака лишь четверть собственной энергии, остальное перчатка неустанно тянула из окружающего пространства. За что пришлось немного пожертвовать мобильностью — ртуть не могла удалиться от него дальше, чем на четыре-пять шагов, но с другой стороны, он и раньше предпочитал держать её ближе, чтобы в любой момент обеспечить себе защиту. Да, и такая нагрузка для цепей Мерфи была очень велика, однако оставалась всё-таки подъемной. Кроме того, для подстраховки имелись и накопители. Опустошив один из них в виде стального браслета, мгновенно осыпавшегося хлопьями ржавчины, маг восстановил уже потраченную на разведку и поддержание барьеров энергию, после чего приказал:
— Начинаем.
Его гордости претило нападать вот так: исподтишка, подкравшись к противнику для внезапного удара. Однако Кайнетт успокаивал себя мыслью, что это не благородное сражение равных, не поединок магов, где лучшего определяют мастерство и знания. Это просто зачистка территории. Уничтожение паразитов, мешающих продолжению его спокойной жизни. А значит, в их отношении применять джентльменские правила войны было бы чрезмерно и даже нелепо. Бешеных собак расстреливают или травят, а не посылают к ним секундантов с приглашением на дуэль.
— Петрификус, — произнёс маг простую арию, одновременно делая жест палочкой в правой руке и снимая свой маскирующий барьер. Одновременно его фантомы поднялись в воздух и начали опускаться на замок с трёх разных сторон.