***
— Неохота, конечно, уезжать, да и кормят тут неплохо… — заметил Саймон, указывая на «праздничную» золотую тарелку, уже наполненную с верхом всем понемногу, — но пару месяцев я лучше у нас на районе посижу, передохну от всей этой магии. Во всяком случае, на нашу местную школу и то реже нападают, чем тут. Да и местная шпана из тебя душу пытается вытрясти только в переносном смысле.
Кайнетт, сидевший на пиру в честь окончания учебного года рядом с ним, только усмехнулся и спросил:
— А как же чары? Ты когда последний раз брался за спички, чтобы что-то поджечь, или за фонарь, чтобы найти что-нибудь в темноте? А сделаешь подобное палочкой в своём Ньюпорте — это сразу штраф, а там и до отчисления недалеко.
— Можно вообще не носить её с собой, — попытался отмахнуться Керри.
— И рисковать жизнью, оставшись безоружным в критический момент? Как говорят в Штатах, пусть лучше двенадцать судят, чем шестеро — несут.
— Да уж, теперь понимаю, как Юфи нелегко было в младшей школе, — заметил Саймон, посмотрев в сторону стола Слизерина, — когда о магии знаешь, но колдовать нельзя. Зато она, если что, успеет дать мне по рукам.
— Самому надо привыкать, — наставительно произнёс Арчибальд. К вопросу поддержания секретности он всегда относился предельно серьёзно. — Если ты после Хогвартса собираешься получать нормальное образование, то несколько лет проведешь среди обычных людей. Без магии.
— «Нормальное образование»? Но зачем? — искренне удивился волшебник. Что ж, не он первый, и наверняка не последний. — Колдовать и здесь научат.
— Ладно ещё чистокровные, но ты предпочтешь прожить сотню-другую лет, имея представления о математике и биологии на уровне начальной школы?
Оставив однокурсника размышлять над подобной идеей, маг оглядел зал, украшенный красно-золотыми флагами. Речь директора и подсчёт баллов уже завершились, в ежегодном соревновании победил «Гриффиндор», за счёт своей спортивной команды, второе место с не таким уж большим отрывом занял Рейвенкло, потом шел Слизерин. Впрочем, особого значения это всё не имело, разве что занятно было наблюдать, как Дамблдор раздавал баллы отличившимся в обороне Хогсмида ученикам, стараясь не объяснять явно, за что, а ограничиваться намёками. Полсотни досталось и Грейнджер «за демонстрацию гриффиндорского духа при защите своих друзей» — ведьма разозлилась, даже от неожиданности уронила что-то на пол, но встать и возразить директору у неё духу не хватило. Пока, во всяком случае. Даже интересно, что её так зацепило — в сентябре она явно придавала этому соревнованию куда большее значение, чем сейчас. Забавно ещё, что сегодня она за столом сидела, как бы не впервые уложив вечно растрепанные волосы в не слишком длинную косу — вряд ли сама, скорее всего, и идея, и работа Тейлор. Та вообще довольно активно взялась приводить учителя «в человеческий вид» после недель затворничества — хотя раньше Грейнджер явно не приходило в голову, что от учеников может быть ещё и такая польза.
Результаты экзаменов тоже сенсацией не стали, во всяком случае, для первого курса. По общим баллам Мерфи занял первое место, за ним шел Росс, Тейлор оказалась пятой, да и в целом первую двадцатку преимущественно разделили участники их «клуба», как в своё время и опасалась Гринграсс. Возможны ли последствия? Кто знает. Из-за «нападения» Блэка на матч и последовавшего штурма Хогсмида вопрос с официальным статусом учебных поединков ушел далеко на третий план, выпав из повестки обсуждения. Да и дуэли без разрешения всегда будут, как их ни запрещай и какими за это карами ни грози. Кажется, Лавгуд однажды излагала занятную версию от какого-то автора — что в двадцатом веке количество магических дуэлей в школе и вообще в Британии не снизилось, а даже заметно возросло. Потому что когда началось формальное уравнивание в правах волшебников разного происхождения, для многих чистокровных, помимо огромной родословной не слишком обремененных деньгами, влиянием и, честно говоря, умом, палочка оставалась единственным способом «отстоять честь древнего рода». Или единственным, который они могли придумать. Некоторым даже удавалось, а вот на некоторых таким образом этот древний род и заканчивался. В любом случае, если вызовы и последуют, ничего плохого тут нет — надо же детям будет где-то отрабатывать новые навыки, которые не всегда можно показать в дуэльном клубе.
Относительно самого Арчибальда — пока его демарш не имел последствий, да и не он первый вслух усомнился в значимости «Двадцати восьми священных». Однако шансы на нормальные отношения со старыми династиями он себе, скорее всего, окончательно свёл до нуля. С другой стороны, а были они хоть когда-нибудь? Разумеется, он собирался вернуться в высшее общество магического мира, вот только нынешнее происхождение не позволит. Кем он может стать, максимум консортом при какой-нибудь девчонке из старой фамилии, имеющей экзотические вкусы, без права на титул и управление делами семьи. Видимо, придётся окончательно смириться с тем, что ему всю жизнь придётся играть на стороне магов первого поколения, отстаивая своё положение за счёт старых родов. С другой стороны, здесь при наличии амбиций и головы на плечах действительно можно преодолеть разницу в количестве поколений. Всё это звучало как полнейший абсурд, но ради будущего положения принципами пока придётся поступиться. В который уже раз?