— Напомните свой вопрос, мистер Мерфи, — попросила МакГонагалл, на время оторвавшись от стопки эссе и посмотрев на второкурсника.
— Трансфигурация неживого в живое и откуда в последнем берется душа, инстинкты, манера поведения и прочее, — послушно ответил он, аккуратно оглядываясь по сторонам. Ничего слишком примечательного, но, возможно, лишь на первый взгляд. Для человека, который парой жестов может трансмутировать плюшевое кресло в опасную псевдоразумную тварь из камня и металла, держать в своей комнате отдельный арсенал совсем не обязательно.
— Садитесь, Мерфи, это разговор не на пять минут, — ответила декан. Дождавшись, пока ученик займет один из стульев, она вернулась к проверке работ, при этом ровно излагая соответствующий раздел магии: — Действительно, даже магия не может создать жизнь или душу из ничего, ни при материализации, ни при трансфигурации из неживого объекта. Однако может неплохо имитировать. Это называется концептуальным воздействием, когда к созданной форме в качестве содержания мы магией добавляем концепцию, связанную с данным существом. Допустим, вы превратите эту толстую книгу в кошку, — указала она на один из словарей. — Но это не будет ваша домашняя кошка, или кошка вашего друга, или ещё какая-то определённая кошка. Получится просто кошка и всё. Абстрактная, усреднённая, если так можно сказать. Которая ловит мышей и любит молоко, которая боится воды и ненавидит собак… Никакой индивидуальности. Во время вашего так называемого поединка, насколько мне известно, мистер Малфой активно применял материализацию. Вы могли заметить, что птицы, созданные с помощью «Авис» и умноженные «Джеминио», не отличались друг от друга и вели себя совершенно одинаково — даже той «личности», «характера», которыми обладает, к примеру, взрослая сова или ворона, даже этого они лишены. Таким образом, чем более высокоорганизованным окажется существо…
Профессор уложила основы в пятнадцать минут. Кайнетт в общих чертах уже имел представление о данном принципе, однако всегда предпочитал изложение темы от специалиста простому чтению учебника. К тому же полезно показать перед преподавателем свой интерес. А в крайнем случае, книги можно будет изучить и позже, уже составив представление о вопросе. Однако в целом некоторые детали относительно любимых волшебниками псевдоразумных проекций действительно прояснялись.
— Благодарю вас, мэм. Всё действительно куда понятнее, чем в книге. Прошу простить, что отнял у вас столько времени, — произнёс он, поднимаясь с места.
— Не стоит, я всегда рада любопытству своих студентов. Вы просто иногда слишком спешите, и другие не поспевают за вами. Впрочем, я понимаю, что вы подходите к учебе серьёзно и обстоятельно, не ограничиваясь лишь базовой программой. И по этому поводу я бы тоже хотела с вами поговорить, раз представился такой случай, — добавила она, отрываясь от проверки заданий.
— Я слушаю вас, профессор, — вежливо ответил маг, оставаясь стоять. В «случай» он не поверил. Куда вероятнее, что заместитель директора и так собиралась с ним побеседовать, просто сегодня представился удобный повод. Не задай он вопрос, возможно, через пару дней получил бы отработку или совет зайти за какой-нибудь книгой, полезной опережающему программу студенту. С другой стороны, действительно, редкий урок трансфигурации обходился без вопросов и уточнений с его стороны, потому МакГонагалл достаточно было просто немного подождать.
— Скажите, мистер Мерфи, вы — азартный человек? — неожиданно поинтересовалась Минерва, отложив в сторону перо и очередной свиток.
— Мне сложно судить, — ответил маг, аккуратно подбирая слова. Подобного вопроса он не ожидал. — Я не участвую в пари и не играю в карты даже на кнаты, не слежу за тотализаторами в квиддиче и дуэлях, в обычном мире никогда не был на скачках… Вряд ли я подхожу под это определение, — скромно закончил он.
— Тотализаторы, говорите? — уточнила Минерва, строго глядя на студента.
— Говорят, что они есть. Но это только слухи, — Кайнетт не стал вдаваться в детали. Его это действительно почти не интересовало. Разве что он отслеживал рейтинг дуэлянтов и мнения о них.
— Разумеется, разумеется… — также не стала настаивать МакГонагалл. Вероятно, её разговор был важнее данного нарушения дисциплины. — Но что касается вас, я слышала, что вы также не посещаете матчи на стадионе, не следите за баллами и состязанием за кубок школы. Хотя своему факультету эти баллы стабильно приносите.
— Всё так, профессор. Но разве это плохо? — изобразил удивление маг.