Неподалеку от Поттера, рядом с хмуро выглядящим Уизли, находилась и Грейнджер, увлеченно обсуждающая со студентом в форме Шармбатона происходящее на поле. Говорили они по-французски, но маг достаточно знал язык, чтобы понять — это и есть Матис Дюпре, решивший давать уроки фехтования разделяющей его хобби ведьме. Не очень высокий темноволосый подросток не выглядел слишком уж тренированным, да и на турнире не демонстрировал ничего невероятного, так что вряд ли он в своём возрасте много достиг со шпагой, но с другой стороны, Грейнджер будут полезны даже основы, но изученные не по книгам, а на личном примере. Так что это ученичество маг полностью одобрял. Во всяком случае, по разговору не похоже, что они вместо тренировок занимаются чем-то иным.
На поле тем временем вырвавшийся вперёд Крам, многими уже сейчас записанный в капитаны будущей команды Дурмстранга, создал с помощью посоха настил через небольшое болото, легко перебрался через полдюжины заваленных деревьев и оказался на широкой каменной осыпи, где ожидаемо попал под обстрел.
Для второго состязания профессорами и работниками Министерства участок земли рядом с запретным лесом за сутки был превращен в настоящий природный хаос. Полукруг радиусом в четверть мили содержал всевозможные натуральные препятствия, перемешанные и самым невозможным образом переходящие одно в другое. Топи, пески, буреломы, скалы, овраги, даже ледники и заросли хищных магических кустарников, не говоря о стоящих на самых удобных маршрутах агрессивных деревьях. Даже на безобидных на вид полянах яркая зелёная трава способна была за пару секунд порвать любую обувь в клочья и лоскуты. Кажется, Керри, когда впервые увидел это, заявил, что «им нужно было ещё шипокрылов запустить для полного сходства».
Впрочем, одними естественными препятствиями организаторы не ограничились — второй тур уже представлял для участников опасность большую, чем возможность подхватить простуду от купания в холодной воде. Преодолеть на скорость расстояние до финиша сквозь камни и болота, чтобы добыть там подсказку к следующему испытанию — это было бы слишком просто. Потому над перепаханным и изувеченным магией игровым полем постоянно носились десятки серо-коричневых и ярко-синих шаров, время от времени пикируя вниз и норовя врезаться в кого-то из участников. Первые были так называемыми «бладжерами», мячами для усложнения и без того не слишком вменяемых матчей по квиддичу, которые самостоятельно носятся над полем и пытаются свалить случайных игроков. Вторые представляли собой сгустки из голубого магического пламени, способного при попадании слегка подпалить одежду и оставить слабые ожоги. Материальные заколдованные мячи игнорировали щиты от магии, на огненные шары практически не действовали отбрасывающие и останавливающие заклинания, так что комбинация получалась хорошая и крайне неудобная. Правда, в качестве небольшого проявления гуманности к юным волшебникам и ведьмам и тем, и другим запрещено было наносить удары по голове и набрасываться на одну цель сразу роем.
На Крама, вышедшего на открытое пространство, почти мгновенно с разных сторон налетели четыре таких. Волшебник взмахнул посохом, создавая барьер, перекатился прямо по гравию, не заботясь о своей одежде, пропустил над собой огненный шар, ударом отбил куда-то в сторону бладжер и невербальным заклинанием остановил буквально перед лицом второй. Ещё один широкий взмах, облако плотного тумана окутало застрявший в щите шар огня, не давая ему двигаться, а Виктор воспользовался моментом и заскользил по осыпи вниз, поднимая за собой каменную пыль. Оказавшись на тропе, ведущей к финишу, он бодро побежал вперёд, на ходу неизвестным заклинанием остановив уже метнувшиеся к нему зелёные плети какого-то хищного куста.