— Вы передали суть, но не совсем верно указали причины, — вежливо отозвался Арчибальд. — В конце концов, именно работы Аристотеля, Трисмегиста, Бэкона, фон Хоэнхайма служат базой, на которой строятся и трансфигурация, и современное зельеварение. Совершенно нормальным является желание сначала изучить основы, чтобы глубже понять эти дисциплины, как мне кажется.
— Интересно, когда у вас через год начнутся занятия по нумерологии, вы предпочтете начать прямо сразу с трудов Архимеда и Пифагора?
— По-моему, это звучит разумно, — заметила Карин.
— Рейвенкло, как и было сказано… Мисс Сансет, я вообще порой удивляюсь, как вы оказались на моём факультете. Впрочем, это к делу не относится. Я понял общую мысль, и тут даже есть, что обсудить. Однако мисс Тейлор стоит подождать вас за дверью, — на возмущенный взгляд Карин он пояснил: — С вопросами по непрофильным занятиям подойдёте, когда получите по основному предмету «превосходно», а до того — подтягивайте и догоняйте. Если собираетесь делать что-то, делайте это на «отлично», а не хватайтесь за двадцать вещей сразу. Я понятно выражаюсь?
— Крайне понятно, профессор, — ровным тоном ответила Тейлор, резко развернулась на месте и вышла с возмущенным видом. Однако дверь она прикрыла, не став ей хлопать напоказ.
— Вот и прекрасно. Теперь, что касается вас троих. Я ценю в людях тягу к знаниям, но ещё выше я ценю своё собственное время… — философски заметил Северус, однако уйти пока не торопился. — И как я уже успел узнать, иногда лучше потратить немного времени сразу, чтобы после выиграть дни, если не месяцы, и это не говоря о спасенных нервах и экономии на успокоительном. Раз уж я вовремя на обед сегодня всё равно не попаду, садитесь где-нибудь и давайте быстро проверим, с чем вы вообще собираетесь осваивать данный предмет самостоятельно. Думаю, спрашивать про три первичных вещества, четыре стихии или семь металлов и планет — означало бы не уважать вас, но может быть, вы и двенадцать основных действий назовёте?
— Разложение, дистилляция, возгонка… — начал быстро перечислять Райан, дождавшись короткого кивка от преподавателя. Вопрос пока ещё был не самым трудным.
— Неплохо, хотя и не по порядку, а это в алхимии крайне важно. Ладно, а что вы мне расскажете, к примеру, про киноварь? С алхимической точки зрения, разумеется.
— Сульфид ртути, часто называемый «драконьей кровью» или «живым золотом», один из так называемых мирских элементов, символ напоминает цифру три… — бодро перечислила Юфемия.
— Что ж, вы хотя бы что-то читали и всё не безнадёжно. Но, к примеру, если я спрошу об амальгамах? Мистер Мерфи, может, вы?
— Разумеется, профессор. Итак, амальгама — соединение двух разных металлов в алхимии, и далеко не обязательно с ртутью, хотя самая базовая из них это как раз комбинация ртути и серебра… — усмехаясь про себя, Кайнетт зачитывал различные формулировки и описания из прочитанных трудов. Самым сложным было дозировать информацию. О соединениях металлов он знал очень много, по его убеждению — заведомо больше профессора, смотрящего на классическую алхимию свысока. И при желании этот ответ легко можно было бы превратить в лекцию на пару часов, и это было бы только вступление к обширной теме. Однако в данный момент задача стояла совсем иная, и в итоге он уложился всего в пять минут.
— Что ж, для начала сгодится, — спокойно заметил профессор, выслушав всех троих. — Но раз уж вы так много знаете, думаю, для вас не будет слишком трудно построить при мне несложный круг трансмутации. К примеру, для превращения металлов? Было бы интересно взглянуть.
Убедившись, что однокурсники принялись за работу, Кайнетт тоже положил перед собой лист пергамента и начал вспоминать что-нибудь «несложное». После чего быстро изобразил главный круг, вписал в него треугольник, затем центральный круг и ещё три малых для фокусировки. После чего начал прорисовывать мелкие линии внутренней структуры, через которые пойдет энергия для процесса, а также расставлять знаки элементов и операций.