Впрочем, Арчибальд не мог бы назвать запущенный кем-то ритуал в полной мере неизвестным. Он видел знакомые символы в кругах, чувствовал давно привычные потоки сил — это была мистерия спиритизма, призыв или воплощение некой сущности за счёт внешней энергии. И до завершения ритуала, судя по всему, оставалось три-четыре минуты, не более. Точнее определить параметры и конечную цель он не мог. Это могла быть попытка воплотить в физическом теле дух так называемого «тёмного лорда», это мог быть призыв какой-нибудь агрессивной потусторонней сущности, которая устроит здесь бойню, а возможно, всего лишь эффектная демонстрация, просто постановка. Может быть, ловушка именно на Поттера, может — террористический акт против школы, а может, такая вот попытка заполучить скандал и разрушить чью-то репутацию без вреда для окружающих. Слишком много переменных, слишком велик риск. Директор предотвратил худшее, не дав ритуалу принять угрожающий масштаб и поглотить магические силы сотен зрителей, однако и уже задействованных сил хватит, чтобы воплотить какую-нибудь весьма опасную тварь, особенно если не предусмотрены ограничители, и всех, кто остался внутри круга, предполагается выжать досуха или сразу принести в жертву. Тем более если неизвестный призыватель собрался устроить тут побоище — чем сильнее маг, тем более опасные сущности он может брать под свой контроль, однако ритуал без подчинения существа в процессе позволяет выйти далеко за пределы доступного одному человеку.
Оценка происходящего заняла секунды — даже со множеством неизвестных переменных, это всё равно была магия призыва, мастером которой профессор Арчибальд себя не без оснований мог считать. Вывод тоже последовал незамедлительно — он должен вмешаться, прервать ритуал или хотя бы снизить вред от него, если не хочет рисковать собственной жизнью, ведь даже немедленный побег может оказаться неверным решением, если новый противник окажется слишком силён. Увы, сейчас, в этом теле и без фамильного герба с накопленными знаниями семьи, Кайнетт не сумел бы остановить или перенаправить процесс издалека на одной силе, потому потребуется рискнуть и подобраться ближе. Благо хоть отвлекающий зрителей туман поможет скрыть его маневр, если действовать быстро.
Маг встал с места, бесцеремонно перескочил несколько рядов, не глядя, на кого наступает, на ходу взмахнул палочкой, направив на себя и пробормотав «Колорайз», чтобы перекрасить плащ из слишком заметного синего цвета в чёрный. После чего перепрыгнул через борт трибун, в падении быстро произнося арию:
— Verite ad me, bellator.
Приземлился он без вреда для себя, даже не пользуясь магией. Туман у земли был таким же густым, он не давал профессорам и аврорам рассмотреть поле и помешать ритуалу призыва, но инстинкты Диармайда, привыкшего контролировать всё поле боя вокруг, позволяли быстро двигаться даже почти вслепую. А скорость в десять раз выше человеческой почти гарантировала, что и оставшиеся в сознании студенты, скорее всего, не успеют его разглядеть в движении. Перескочить шестифутовую ограду, пробежать по крыше дома, преодолеть несколько заборов и изгородей, срезая путь, и в конце концов оказаться на втором этаже пустого погруженного в темноту дома, выбив окно — на всё это ушли секунды. Маг отшвырнул в сторону ковёр и удовлетворённо кивнул, увидев крепкий деревянный пол. Ещё раз мысленно проверил все формулы с учётом местоположения и задействованных в ритуале сил — пока у него был выигрыш за счёт ускоренного восприятия тени героической души, однако для создания собственной спиритической мистерии потребуется действовать без неё. И когда он отменит заклинание, на всё останется уже чуть меньше двух минут.