И что касается приоритетов и срочности, похоже, некоторое время можно будет посвятить себя учёбе и тренировкам, а не выживанию и вопросам безопасности. Он не знал всего, что Поттер рассказал директору, но Блэк поделился некоторыми моментами. К примеру, сообщил о том, что Реддл пытался освободить из тюрьмы своих ближайших последователей, однако успел вытащить лишь Беллатрикс Лестрейдж, кузину Сириуса, и то почти в последний момент. Это добавляло проблем, учитывая её весьма впечатляющую (по местным меркам) репутацию, однако после дюжины лет в заключении ведьма ещё долго не будет представлять значимой угрозы, при этом на её поиски уже отправлен аврорат, уж неизвестно как именно директор объяснит им источник подобных сведений. Широкой публике о её побеге собираются объявить в июне, после завершения турнира и отбытия иностранных гостей, к тому же есть вероятность, что за месяц её успеют поймать или ликвидировать, что и вовсе решит проблему. Рассказал Блэк и о пророчестве, касающемся Поттера, которое директор до этого скрывал, но Кайнетт этой информации большого значения не придал — он уже доказал, что нанести неупокоенному волшебнику вред можно и своими силами, избранный герой для этого не требуется. Что до самого Реддла, то он охотиться за мальчишкой станет в любом случае, хотя бы просто ради мести, вопрос лишь в том, что у него будут задачи и куда важнее. Подробности же по интересующим его вопросам маг собирался узнать у Поттера лично, когда появится возможность — и не важно, хочет волшебник того или нет.
С парой книг в руках Кайнетт вернулся на место, пробежался взглядом по уже разложенным на столах учебникам, тетрадям и листам пергамента. Затем взял перо и указал на страницу, которую заполняла Грейнджер, пояснив:
— У тебя тут ошибка, эта цепочка некорректна. Ещё неверно вписаны руны здесь и здесь, а в седьмой строке вон там стоят два знака вместо одного. Как-то на тебя не похоже, это же элементарные ошибки.
Лавгуд, тоже взглянувшая на пергамент, согласно кивнула, затем быстро начала перепроверять собственную работу. А Грейнджер сначала смутилась, затем хотела что-то возразить, а потом вдруг отмахнулась и произнесла почти легкомысленно:
— Это всего лишь руны. Такого задания, скорее всего, даже и не будет, это факультативный материал. А вот здесь правильно написано, я просто перепутала один знак…
— «Всего лишь»? — повторил маг, удивлённо склонив голову набок. Если так подумать, он и впрямь замечал подобные странности в последние несколько дней. Подобное легкомыслие. — Учитель, честное слово, я тебя не узнаю. Экзамены за год меньше чем через две недели, а ты отмахиваешься от «мелочей» и надеешься на удачу?
— Слушай, Джеймс, после того, что мы сделали недавно… Это ведь была сложнейшая магия: практическая ритуалистика, применение глифов, призыв и подчинение духов, экзорцизм, использование накопителей и фокусировщиков магии, защитные чары жуткой сложности, заклинания исцеления всех видов — море энергии, десятки страниц расчётов, точный контроль… — она взмахнула руками, словно не хватало слов выразить весь масштаб произошедшего. Тейлор смотрела на неё с восхищением, Лавгуд только негромко вздохнула — она тоже хотела увидеть своими глазами всё, что готовилось так долго, но понимала, что там не могло быть лишних людей. Грейнджер продолжила, небрежно указав на учебники: — Половину из этого вообще в школе не проходят. И после этого необходимость просто показать учителю действие «Акцио», устойчиво удержать «Протего» или превратить груду железного лома в гору подушек — это уже несерьёзно. Слишком просто. Не составит усилий.
— Всё понятно, обычное головокружение, — произнёс он снисходительно, понимающе улыбнувшись. Ответ нашелся быстро.
— Нет, я вполне неплохо себя чувствую, — заверила его Грейнджер, покачав головой. — Ни боли, ни головокружения уже три дня не было.
— От успехов головокружение, — пояснил маг, наблюдая, как её растерянность сменяется недовольным выражением. Рядом Карин едва слышно проворчала что-то нелицеприятное в его адрес. — Это случается. Скоро должно пройти.
— Хочешь сказать, после всего, через что мы прошли, после того, как нам пришлось иметь дело с одним из самых опасных волшебников в стране, я не имею права хотя бы немного расслабиться?
— Это не вопрос права — обучение здесь добровольное, ты имеешь право вообще ничего не делать, если захочешь, чем многие и пользуются. Это вопрос желания. Чего ты хочешь? Да, мы проделали большую работу, не стану спорить. Но это всего лишь один ритуал. Духов можно призывать, чтобы они охраняли местность, чтобы заточить их в артефакт, чтобы отомстили врагам… есть множество самых разных вариантов. Я не говорю обо всём остальном, что собрано здесь, — маг обвёл рукой окружающие их стеллажи с тысячами книг. — Десятки дисциплин, сотни направлений магии, тысячи формул, рецептов и ритуалов. Думаю, ещё найдётся чем заняться, несмотря на те успехи, которых мы уже достигли, — с сарказмом закончил он.