Затем она извлекла из кармана лёгкой куртки небольшой складной нож, взяла правой ладонью за лезвие и резко дёрнула рукой. Несмотря на несколько испуганных вскриков среди собравшихся студентов, ведьма спокойно подождала несколько секунд, затем подняла ладонь над центром круга и начала ровным тоном читать заклинание, пока кровь лилась, в последний момент у земли растекаясь туманом. На шестой строке круг вспыхнул и растворился облаком быстро тающего дыма, пространство вокруг слегка вздрогнуло, показалось, будто солнце потускнело, шум со стороны дороги стал тише, но всё это тут же прошло. Кайнетт про себя оценил возникший барьер, который будет отводить внимание посторонних — с учетом доступных ресурсов и любительского исполнения, получилось не так уж и плохо. Усилия, потраченные на доработку одной из найденных Лавгуд старинных защитных мистерий, стоили того.
— Вот, примерно так, — произнесла Грейнджер тихо, делая шаг назад. Она спокойно подставила ладонь Тейлор, позволив ученице вылить на глубокий порез зелье, после которого рана начала быстро затягиваться.
— Это что, была магия крови? — удивлённо спросил Росс, его поддержали ещё несколько голосов.
— Ничего подобного, всего лишь настройка защитного периметра, — возразила Грейнджер, с помощью флакона ещё с одним зельем смывая с рук и с ножа следы крови. — Никто, кроме меня и моих родных, не сможет теперь приблизиться к дому, если желает причинить нам вред. Просто будет бродить кругами по окрестностям, словно этого места и не существует. Даже интересно, распространяется ли эффект на работников банка, налоговых инспекторов и коммивояжеров?
— Это очень опасно, без подготовки пользоваться такими заклинаниями, даже со всеми проверками, — произнесла Сансет быстро. — Плевать, что скажет кто-то в Министерстве, но ты же сама могла пострадать, если бы что-то пошло не так.
— Не думаю, что нам оставили выбор, — произнёс Кайнетт негромко, с показным равнодушием пожав плечами.
— Именно, — согласилась с ним Грейнджер. — Какой у нас есть выбор? Сидеть и ждать? Я знаю и могу использовать прямо сейчас с дюжину самых разных защитных заклинаний, однако мне запрещено. Потому что кто-то в Министерстве лет сто или двести назад придумал, что это будет забавно — выставить запрет «для всех», который распространяется только на магглорождённых. Потому что кто-то там решил, что совершеннолетие волшебника будет именно в семнадцать — почему не в двадцать пять или в четырнадцать? А если проблема уже здесь и сейчас и не будет вместе со мной ждать ещё полтора года? Можно умолять Министерство, можно просто обойтись без него.
— Тебе надо в политику с такими взглядами, — заметил Риверс, и неизвестно, насколько всерьёз.
— Не думаю, что это может что-то изменить. Был у нас уже тридцать лет назад магглорождённый на посту Министра, сидел шесть лет, так все запреты и ныне на своих местах, никто даже не подумал их отменять. Вообще, интересно видеть, как в Министерстве определяют, какой должна быть магия и что могут или не могут волшебники. Нельзя колдовать до семнадцати, но некоторым — можно. Нельзя заколдовывать «неправильные» вещи, но некоторым, и самому Министерству — можно. Нельзя рассказывать неодарённым о магии, но некоторым, опять же — можно. Как же мне надоело это лицемерие… Лицемерие, которое может многим стоить жизни. Ладно, ну их всех к чёрту. Или к Мордреду, кому как больше нравится, — она только покачала головой, затем произнесла уже более бодрым тоном: — Всем спасибо за помощь, но предлагаю свернуть тему про политику и найти занятие повеселее. Времени ещё много, пойдём в дом, тут буквально на днях удалось найти кассету с новым фильмом. Если кто ещё не видел, вы просто не поверите, как американцы представляют себе Уильяма Уоллеса…
Уже почти в сумерках гости разошлись, одной группой направившись к Косой Аллее, чтобы оттуда добраться по домам. Остались только Мерфи и Тейлор, на словах — чтобы помочь с уборкой, а на деле у них ещё оставались тут дела. Лавгуд тоже хотела задержаться, но она сильно сомневалась, что без неё Уизли, почти беспомощный в обычном мире, не потеряется где-нибудь по дороге.
— Считаешь, что всё-таки получится ещё доработать нашу защиту? — поинтересовалась Грейнджер у ученика. Они втроём стояли в саду, там, где днём был начерчен ритуальный круг.
— Думаю, что мне стоит попробовать, — ответил маг. Затем поинтересовался: — Кстати, как твои успехи?
— Пока оставляют желать лучшего. Всё ещё слишком тяжело концентрироваться, — ответила она, поняв суть его вопроса. Вытянула левую руку перед собой, сосредоточилась и резко произнесла: — Скилиро Аэра!