— Но ведь есть же Тёмные искусства… — произнёс кто-то с задних рядов.
— Наличие тьмы не предполагает, что обязательно будет рядом и свет. Чертовски обидно, но это правда так. А своим тёмным порывам люди поддаются намного охотнее, чем отдают силы светлым. Впрочем, это всё сплошная философия, а мы тут собираемся изучать вещи крайне практичные и полезные. Раз уж с общими понятиями разобрались, перейдем к самим заклинаниям. Первое, «Круциатус», жест вот такой, — он изобразил несложное движение волшебной палочкой, — эффект выглядит как красная вспышка. Самое короткое из трёх, этим и опасно, кроме того, его можно поддерживать и усиливать, пока хватает магии. Действует на любое существо, у которого есть нервы, вызывает боль, в зависимости от мастерства и вложенных эмоций — от удара мизинцем о край дивана и до перелома позвоночника с выворачиванием рёбер. Его считают столь опасным ещё и потому, что оно позволяет даже полному профану проводить достаточно изощренные пытки без риска своими кривыми руками убить или даже покалечить жертву, к тому же без необходимости знать человеческую анатомию. Навел, наколдовал и ждешь. Меры защиты очевидны — любые подходящие укрытия, хватит даже листа стекла или тонкой стены. Достаточно крепкие магические щиты. Идеальный вариант — призванные магией существа, та же стая птиц перед собой или вокруг, что примет на себя весь удар. Заклинания «Авис», «Ортеа», трансфигурация предметов в животных и так далее — думаю, вы уже видели всё это в дуэльном клубе.
Сам Кайнетт считал данную мистерию практически бесполезной, во всяком случае для себя лично. Даже если забыть о всех сложностях с эмоциональным компонентом заклинания, в нём просто нет необходимости. Если ещё боеспособный враг во время сражения получит это проклятье, за счёт адреналина или циркуляции магии в цепях может просто не заметить его, и это станет фатальным для понадеявшихся на мощь «непростительных» волшебника. А уже схваченного и зафиксированного противника он и без помощи «удобных» заклинаний может пытать неделями, благо он-то анатомию знает прекрасно.
— Второе проклятье, «Империус», — продолжил объяснять Блэк. — Чары полного подчинения. Жест тоже несложный, внешне действие выглядит как полоса прозрачного желтого тумана. Позволяет отдать жертве любой приказ: рассказать свои тайны, совершить преступление, даже убить себя, — переждав поднявшийся в классе шум, волшебник поднял руку, чтобы привлечь внимание, и сказал: — Знаю-знаю, звучит весьма пугающе. Однако на деле у него тоже есть множество слабых мест, которые не все учитывают. «Империус» нельзя наложить сразу на толпу, только по одному человеку за раз. Приказы нужно отдавать вслух и так, чтобы жертва их услышала и поняла. Довольно сложно использовать «Империус», произнести приказ, а потом стереть память — как жертва подчинится, если она даже не помнит, как ей отдали эту команду? Кроме того, человек даже под действием заклинания не сможет сделать то, чего не смог бы без него — победить тролля на кулаках или начать жонглировать горящими топорами, к примеру. От сил волшебника зависит, как долго продлится действие «Империуса», а также насколько оно будет абсолютным. Стоит помнить, что жертва этих чар всегда осознает, что с ней происходит, и чем более отданные приказы будут ей неприятны, тем выше вероятность, что она будет им сопротивляться или вовсе сможет перебороть навязанную волю. Можно приказать студенту не учиться — большинство исполнит эту команду с огромным удовольствием. Можно приказать пойти и нахамить своему декану, оставив факультет без пары сотен баллов — тут уже желающих найдется немного. А можно приказать раз в день в десять пятнадцать подниматься на шестой этаж и выбрасывать из окна первого человека, который окажется рядом… Сомневаюсь, что такие чары продержатся больше суток, максимум пару дней, даже если их наложит опытный чернокнижник — настолько подобное противоречит желаниям любого нормального человека. Потому все эти разговоры о действиях под «Империусом» во время войны Сами-знаете-с-кем изрядно так преувеличены…
— Довольно этого фарса! — резко произнёс Кэрроу, перебив его.
— Тебе что-то не нравится, мой дорогой кузен? — участливо поинтересовался Сириус, переведя взгляд на него. — Или племянник — прости, запамятовал, в каком именно мы родстве.
— Ты вообще понимаешь, что творишь, Блэк?
— Этот предмет называется защитой от темных искусств. Я прямо сейчас рассказываю студентам, как защищаться от разных видов тёмных заклинаний, — разведя руками, медленно, как ребенку, объяснил ему Сириус. — Так что да, я понимаю, что я делаю. Свою работу, за которую мне платят. Или у Совета иной взгляд на этот вопрос?