Пока не началось заседание, маг успел даже бегло осмотреть остальной зал. Ещё больше охранников на верхних рядах, Скитер и несколько менее известных журналистов, с дюжину человек на разных ярусах, которых нельзя было с ходу отнести к какой-то определенной группе. Он не был уверен, находится ли среди них Лавгуд-старший как представитель своего издания или как отец Луны. Возможно, и остальные — это тоже родственники свидетелей? Тогда весьма характерно, что он не видел там Грейнджеров, да и мисс Стоун о присутствии на заседании волшебного суда тоже никто не уведомлял, это ему было точно известно. Хотя стоит ли так уж этому удивляться? Статуя в атриуме была более чем красноречива — «магглов» там не оказалось даже среди преклоненных существ, восхищенно взирающих на волшебников и ведьм снизу вверх. Видимо, и в самом Министерстве их тоже видеть не желали, сколь бы весомым ни был повод. В целом он, конечно, был согласен с данной политикой, интересы магов и обычных людей слишком отличаются, но отказывать им в присутствии, даже когда это необходимо самим магам и когда речь шла об уже посвященных в тайну — нерационально. Впрочем, это из той же череды нелепостей, что и волшебники-уборщики или волшебники-лифтеры — для Министерства подобное разделение являлось вопросом принципа, даже когда оно доходило до абсурда.
— Сегодня четвёртое ноября девяносто пятого года, мы продолжаем заседание по делу «Магическая Британия против Беллатрикс Лестрейдж», — звучно произнёс Дамблдор, однако в подобном зале он обходился без усиливающей голос магии. Сказано было не в точности по протоколу, но должно быть он рассчитывал на усердие записывающих за ним секретарей заседания, которые подберут нужные формулировки. — Визенгамот ознакомился с записями показаний магглов, а также выслушал свидетельства авроров и остальных волшебников старше семнадцати лет. Сейчас мы заслушаем показания несовершеннолетних волшебников и ведьм, которые лично применяли магию во время рассматриваемого здесь инцидента. Считаю нужным напомнить всем присутствующим, — повысив тон, добавил он, — что в данном заседании не выдвигаются какие-либо обвинения, поскольку согласно статье седьмой «Указа об ограничении волшебства несовершеннолетних» от тысяча восемьсот восемьдесят пятого года, все свидетели использовали магию в присутствии непосвященных и за пределами допустимых территорий исключительно с целью защиты себя, других волшебников или магглов от крайне опасной угрозы. Мы всего лишь выясняем картину произошедшего, а не собираемся судить их за несуществующие проступки. Также напоминаю, что всем судьям были розданы протоколы из Отдела по борьбе с неправомерным колдовством, содержащие перечень заклинаний, примененных свидетелями во время рассматриваемого происшествия, — а вот это уже точно предназначалось в первую очередь для студентов. Ещё раз оглядев ряд кресел, Дамблдор остановил взгляд на сидящей с краю пятикурснице и произнёс: — Приступим. Сюзан Маргарет Боунс, расскажите о том, что вы делали около десяти часов утра первого сентября у вокзала Кингс-Кросс в Лондоне…
Пока ведьма с Хаффлпафа слегка сбивающимся голосом начала свой рассказ, маг успел обдумать слова директора. С одной стороны, он заверил учеников, что им ничего здесь и сейчас не угрожает. С другой, напомнил судьям, что вопрос нарушения Статута уже закрыт и подниматься сегодня не будет. Однако Кайнетт считал, что некоторые из студентов успокоились слишком рано. Для рядового опроса свидетелей этому собранию уделяют слишком много внимания, да и полный состав Визенгамота для этого был совершенно излишним. А значит, всё не ограничится всего лишь десятком рассказов о происшествии у вокзала, после чего их отпустят обратно в школу, наслаждаться законными выходными. Да, система общего права волшебников не слишком отличается от аналогичной в судах Великобритании, и имеющий легальную силу прецедент можно создать из итогового вердикта по делу, но никак не по результатам опроса нескольких свидетелей. Однако подобное слушание можно сделать частью показательного процесса, «частью шоу», как сказала бы Клэр, а затем останется лишь правильно всё подать в прессе.