— Нет, — Аманда вдруг повысила тон.
— Что значит «нет»? — недоверчиво переспросила Марисса, тоже в полный голос.
— Я ценю твоё предложение, но у меня нет желания возвращаться в ваш клуб. Потому я отвечаю «нет» на твой вопрос, хочу ли я прийти туда снова. Извини, Мари, но я останусь на прежнем месте.
— Вот как… — протянула Селвин удивлённо, она не могла поверить, что ей так легко отказали. Даже оглянулась по сторонам, словно убеждаясь, что все вокруг тоже это слышат. Однако она всё ещё сохраняла вежливый тон, приличествующий её статусу, хотя и добавила в него яда: — И могу ли я узнать причины, дорогая подруга?
— Разумеется, — Эмбер отложила книгу и поднялась из кресла.
Под многочисленными взглядами заинтересовавшихся этой ссорой учеников прошла через гостиную, села на диван рядом с поднявшим голову Мерфи. Затем вдруг положила руку ему на плечо и быстро поцеловала в щёку. Добавила шепотом, наклонившись ещё ближе:
— Твоё предложение о полноценном контракте ученика ещё в силе, Джеймс? Если так, то я согласна. А все остальные пусть увидят то, что захотят видеть, — затем, повернув голову, но всё ещё касаясь плеча волшебника, она громко спросила у Селвин: — Разве непонятно?
Вокруг раздался одобрительный гул, свист, даже редкие хлопки аплодисментов. Сидевшая у камина Лавгуд не растерялась и безмолвным заклинанием создала над парой подростков облако из цветочных лепестков. Почему-то ядовито сиреневых, а не белых или розовых, но она тоже колдовала второпях и могла что-то напутать.
— Ты… на самом деле… вместе с грязнокровкой? — вот теперь Селвин была ошарашена по-настоящему. Она застыла на месте, не зная, то ли броситься к Эмбер, то ли отскочить от подобной мерзости.
— Думаю, мне стоит вас поблагодарить, миледи? — принимая игру Эмбер, с усмешкой поинтересовался маг у Мариссы. Оскорбление он проигнорировал. — Вы сделали для нашего сближения больше, чем кто-либо другой. Этот танец на балу оказался незабываем.
— Ты… — Селвин указала пальцем на него, затем на Аманду и вдруг выпалила: — Твой отец об этом узнает!
— Это не твоя фраза, сестрёнка! — с издевкой крикнула Клэр с другого конца гостиной. Как наследница Краучей она была с Селвинами в достаточно близком родстве, так что могла считать Мариссу своей второй или третьей кузиной. — Положи там, где взяла.
— Заткнись! — выпалила та в сторону этой «родственницы». У Селвин уже закончилось терпение. Затем она вновь обернулась к Мерфи и попыталась повторить его усмешку: — А ты радуйся, пока можешь. Эта серость бросит тебя, как и меня, дай ей только повод ударить в спину. Не льсти себе, Джимми.
— Предать друзей, любя врагов… — ответил Кайнетт, но заканчивать цитату не стал. Да и вряд ли чистокровная ведьма хорошо знакома с творчеством Уильяма Блейка. Затем он сказал совершенно честно: — Уверен, у меня получится лучше, чем у тебя.
— Ну-ну… — Марисса огляделась по сторонам, на студентов, с искренним интересом наблюдающих за этой любовной драмой и за тем, как они вдвоём делят Аманду. Сделала глубокий вдох, отчасти успокаиваясь, и попыталась холодно и высокомерно произнести: — Серость и посредственность — идеальная пара. Ты уже своё получила, моя дорогая.
Затем она резко развернулась на месте и мимо расступившихся учеников прошагала к лестнице на женскую половину общежития. Увидев, что больше ничего интересного не предвидится, остальные начали возвращаться к своим делам и к Богом и Мерлином проклятой подготовке перед экзаменами… Хотя на так и сидевших практически обнявшись Мерфи и Эмбер некоторые всё ещё бросали заинтересованные или одобрительные взгляды. Макэвой негромко пробормотал что-то о том, что «их мужское братство гибнет», но его никто не слушал.
— Какие будут указания, учитель? — не без сарказма поинтересовалась Аманда шепотом, и не думая покидать своего места. Со стороны это смотрелось довольно двусмысленно.
— К лету тебе стоит обновить гардероб, — ответил маг столь же тихо, не пытаясь отстраниться. Присутствие рядом четырнадцатилетней ведьмы ничуть не мешало ему сосредоточиться на занятиях и учебниках. — Уверен, Крауч вполне сможет сделать так, что ты не будешь выделяться на улицах обычного Лондона. Посоветуйся с ней.
Он позволил себе слегка усмехнуться, услышав очень тяжелый вздох. Аманда хорошо представляла себе, что заклятая подруга никак не упустит подобный повод для шуток над «чистокровной принцессой-в-башне», не знающей большого мира. И этот процесс затянется надолго — до тех пор, пока полукровке не надоест развлекаться за её счёт. Но винить Эмбер тут можно было только себя.