— Ладно, слухом больше или меньше, разница невелика. Сплетни на эту тему ещё на первом курсе ходили. Каждый, кто хотел, уже придумал свою версию.
— В общем, для всех я теперь у родни в опале, пока не прекращу встречаться с грязнокровкой, не помирюсь с Мариссой и вообще не начну «вести себя как следует». Дома со мной не разговаривают, никаких выходов в свет или визитов в гости, даром что в комнате не заперли и окна не заколотили… Я страшно наказана, — она усмехнулась, медленно выговорив это. — На деле папа не возражает против наших уроков и того, что я буду пропадать среди магглов днём или даже на пару дней сразу, пока от этого будет толк. Сестра нам подыгрывает, а мать и брат, по-моему, всерьёз уверены, что я позорю семью, но не то чтобы от меня с самого начала чего-то ожидали…
— Может, тебя просто решили спихнуть на руки подвернувшемуся парню, раз с ролью подруги Селвин не вышло? — предположил маг. На это было похоже, да и отстранённый тон, которым она говорила о своих родных, тоже способствовал данной версии.
— Может быть, — на удивление легко согласилась Аманда. — А может, и наоборот. У Селвинов вторую неделю авроры едва ли не поселились, и ещё неизвестно, чем это закончится, а магглорождённый отличник чист перед законом, как и его семья. Не так ли?
— Видимо, прагматизм — это у вас семейное. В любом случае, нам ситуация на руку.
Ожидающий их Лин поднялся со скамейки и уверенно пристроился рядом, будто долго репетировал этот маневр. Ведьма с подозрением покосилась на парня в простой мантии поверх маггловской одежды, но Кайнетт на ходу представил их друг другу:
— Аманда Эмбер, моя однокурсница и ученица. Лливелин Смит, мой помощник, сквиб.
— Сквиб? — переспросила Эмбер недоверчиво. В упор посмотрела на Лливелина, будто пытаясь отыскать у того рога или хвост. Конечно, в слухах о сражении у вокзала упоминалось, что вместе с Мерфи и остальными против Лестрейдж дрался и какой-то сквиб, неведомо откуда взявшийся, но поверить в это было тяжело. С другой стороны, едва ли тот мог оказаться чьим-то родственником, провожающим школьника к магической платформе — подобное было не принято, волшебники предпочитали не показываться вместе с такой роднёй на людях, даже если в их семье и рождался сквиб.
— Не стоит его недооценивать. Уверен, ты ещё сможешь в этом убедиться, — усмехнувшись, заверил её маг. — Чтобы хорошо делать своё дело, волшебником быть необязательно, об этом тут слишком часто забывают.
У выхода из квартала Лин скинул мантию, сложил и завязал вокруг пояса, как некоторые носили летом обычные куртки. Окружающие волшебники на него покосились неодобрительно, но вслух никто ничего не сказал. Они втроём миновали пост авроров, вышли из полутёмного бара на яркое солнце и постарались быстрее затеряться в толпе, чтобы не задерживаться у точки перехода и не рисковать зря. Как и всегда, летом в центре Лондона было очень много людей, потому Кайнетту пришлось перехватить Эмбер за руку и почти тащить за собой, чтобы она не потерялась. Увы, с перемещением по обычному миру у местных чистокровных были изрядные проблемы.
— Запоминай дорогу, — приказал он на ходу. — В следующий раз будешь добираться уже сама. Такси останавливаются здесь. Вон там автобусная остановка. Там — дорога к метро. Но я рекомендую первый вариант, особенно для тебя.
— Не держи меня за деревенщину или фейри, которая только вчера из лесу выбралась, — вполголоса огрызнулась Аманда. Однако руку по-прежнему не отпускала. — Мне не пять лет, чтобы я не нашла дорогу даже в незнакомом городе и среди такой толпы народа. К тому же у меня дома есть карта Лондона.
— Интересно, за какой век… — с усмешкой произнёс маг, но потом сменил тон на более радушный: — В любом случае, мне же меньше мороки, если ты всё запомнишь с первого раза. Будет неприятно, если попадешь не на тот поезд, а потом тебя придётся искать где-нибудь в окрестностях Бирмингема. Садись. И запоминай адрес, — добавил он. Пока они препирались, сквиб уже успел поймать такси, так что ждать не пришлось.
В дороге Кайнетт время от времени поглядывал на Эмбер, оценивая её реакции на окружающую обстановку. В целом она действительно не производила впечатления неграмотной беженки из какой-нибудь африканской глуши, где электричество воспринимается как жуткое колдовство, скорее просто провинциалка, мало отличающаяся от той же Тейлор, выросшей в небольшом городке. Смотрит по сторонам, проявляет любопытство, но никакого ужаса или наоборот, полного презрения к окружающим не демонстрирует, а это уже немало. Можно работать дальше.