— Как же я не переношу этих тварей… — негромко пробормотала Аманда, делая неуверенный шаг назад и вскидывая перед собой волшебную палочку.
Из темноты дверного проёма неторопливо выплыл силуэт, напоминающий плотный сгусток темноты, но странным образом чётко видимый даже в опустившихся сумерках. Существо, очень отдалённо похожее на человека в чёрном балахоне с низким капюшоном, парило над землёй беззвучно, слышался лишь треск быстро схватывающегося льда в лужах. Замершего на месте голема дух проигнорировал, словно кусок камня.
— Действуем, как и спланировали, — приказал Кайнетт, пытаясь отвлечься от туманных воспоминаний, становящихся всё чётче с приближением дементора. — Эмбер.
— Я помню, — произнесла ведьма сквозь зубы, тоже борясь с негативными эмоциями и подступающим холодом. Взмахнула мистическим знаком и выкрикнула: — Экспекто Патронум!
Серебристый туман возник между тремя людьми и духом, не давая твари приблизиться. Воплощать свои эмоции в чёткую форму Аманда пока не научилась, да и взялась осваивать это заклинание не так уж давно, но сейчас достаточно будет и простой завесы. Не обращая внимания на ругающегося вполголоса Лливелина, маг сделал несколько шагов вперёд, вскинул руки и начал читать арию заклинания. У Эмбер пока не хватало сил, чтобы долго поддерживать материальную проекцию эмоций, но сейчас и требовалось даже меньше минуты.
— Готово, можешь убирать защиту, — сказал он ученице и направился к замершему на месте дементору.
Духа окутывала серая дымка, не давая пошевелиться, давление его негативной ауры тоже резко упало, волны отчаяния и тоски сменились всего лишь слабым чувством тревоги. Кайнетт без опаски присел рядом с дементором, положил свой дипломат прямо на землю и раскрыл, короткой фразой сняв барьер с замка. Извлёк наружу длинную тяжелую цепь из зеленоватого металла, поднялся на ноги и начал опутывать ей духа в несколько оборотов. Проверил натяжение, скрепил звенья замком и произнёс ещё одну арию заклинания, после которой цепь вспыхнула зелёным призрачным огнём. Стоило признать, метод неизвестного китайского волшебника, от которого Арчибальду достался домовой дух, оказался достаточно интересным, чтобы взять его на вооружение и попытаться воспроизвести подобные оковы самому.
— Привыкай, это теперь надолго, — мстительно произнёс маг, похлопав тварь по холодной как лёд руке. — Пока не научишься себя вести как следует. Тогда, может быть, даже и покормлю.
Он коротко и зло рассмеялся, затем ногой пододвинул дипломат и произнёс ещё одно заклинание, заставив дементора буквально рухнуть внутрь на мгновение расширившегося пространства. Крышка захлопнулась, щёлкнули замки, на чёрной поверхности вспыхнули и мгновенно погасли цепочки рун и несколько сложных кругов с вписанными в них символами. Эмоциональное давление, и без того ослабленное, исчезло полностью. При создании клетки для дементора Кайнетт использовал наработки Блэков по управлению этим видом тёмных духов, среди прочего там описывалась и защита от негативной ауры. Встроить соответствующий контур в объём искаженного пространства уже было делом техники, а без него контейнер с этой тварью привлекал бы слишком много внимания обычных людей, распространяя вокруг депрессию, безнадежность и неестественный холод.
— Знаешь, босс, в такие моменты ты меня слегка пугаешь, — поделился сквиб, опуская своё оружие после исчезновения угрозы.
— Левиоса. Эскуро, — не обращая внимания на его слова, движением руки маг поднял дипломат в воздух и следующим заклинанием очистил налипшую глину. Подхватил за ручку и произнёс: — Дело сделано, можем возвращаться.
— По-моему, ты поторопился, Мерфи, — напряженным голосом произнесла Аманда и указала палочкой в сторону.
— Чёрт, ещё один… — выругался Лливелин, вскидывая оружие в сторону приближающегося со стороны развалин церкви дементора.
— Жаль, но у меня здесь место только для одного, — со вздохом признал маг. Вытянул свободную руку в сторону твари и произнёс арию: — Экзафанистей!
Белый свет на пару секунд озарил старые дома и грязную улицу, отброшенный вспышкой тёмный дух с треском врезался в бревенчатую стену, он слегка дымился и выглядел «оглушенным» ударом, но исчезать не спешил. Кайнетт, впрочем, и не ставил цели изгнать тварь одной арией — церковная мистерия была почти забытой, а потому требовала высокой концентрации и отнимала много сил, без мистического знака он и не смог бы причинить серьёзный вред подобному духу. Но это и не требовалось.