— Профессор Снейп уже полтора года давал им дополнительные уроки в данной дисциплине. Северус заверил меня, что их уровень вполне позволяет посещать мой факультатив, — объяснил Слагхорн, ничуть не смутившись от допущенной Малфоем фамильярности.
— Это касается только четверых, профессор, — произнесла сидящая рядом с ним Дафна Гринграсс. Снисходительно кивнула в сторону Карин, занимающей один стол с Грейнджер. Потом заметно поморщилась, но всё-таки заставила себя произнести фамилию полукровки: — Крауч и Эмбер там даже не присутствовали.
— Какая удивительная осведомлённость… — язвительно протянула Клэр. — Как будто за нами кто-то следил, вы так не думаете?
— Мистер Мерфи смог убедить меня в том, что они без проблем сумеют наверстать недостающее и не станут тормозить общий темп группы. Так что не вижу причин отказать им, — ответил Слагхорн, пожав плечами.
— А так было можно? — искренне удивилась слизеринка.
— Я думаю, что да, — ответил профессор с очевидным намёком — решать, кому можно посещать эти занятия, будет он, а не его ученики. Развернул свиток и напомнил: — А теперь давайте все представимся, как положено.
Много времени перекличка не заняла. Восемь человек с шестого курса, шестеро — с четвёртого. И это была самая большая группа за несколько последних лет. Классическая алхимия не пользовалась в этой школе большой популярностью. Кайнетт считал, что дело исключительно в лени волшебников, не желающих изучать или даже преподавать столь тонкое искусство.
Когда было покончено с представлением, Гораций решил произнести вступительное слово:
— Первое, что вам нужно будет запомнить. Несмотря на всё внешнее сходство, — не вставая из-за стола, Слагхорн обвел рукой шкафы с химической посудой, несколько горелок, котлов и всё прочее оборудование, собранное в классе, — алхимия и зельеварение весьма далеки друг от друга. Да, там есть флаконы, ингредиенты, рецепты… Но подход этих дисциплин даже к одним и тем же вопросам отличается очень значительно. Главное в зельеварении — это эссенция. Ингредиенты содержат в себе самые разные аспекты — красоты, здоровья, силы, храбрости, удачи… К примеру, вам точно нетрудно будет припомнить рецепт оборотного зелья и тот факт, что все его компоненты так или иначе связаны с изменчивостью, непостоянством, превращением, а также со связыванием двух существ воедино. Наша задача — выделить эту суть, объединить в правильной пропорции и затем привести в удобный для употребления вид. Северус не так уж и преувеличивает в своей речи, когда обещает научить вас как сварить успех или разлить во флаконы славу.
— Разрешите вопрос? — Сансет подняла руку. — Значит, если важны только эти «аспекты», то ингредиенты могут быть вообще любыми? Не обязательно ограничиваться глазами трески и ядом акромантула, когда можно добавить в котёл парацетамол, ацетон или пенопласт?
— В теории, да. Если там содержится нужная вам эссенция в подходящей концентрации, то почему бы и не использовать заменители? Другой вопрос, что традиционные компоненты зелий проверены веками проб и ошибок в самых разных сочетаниях, тогда как при попытке заменить топленый жир керосином вам придётся полагаться лишь на себя и свои расчёты или опыты.
«Чересчур много возни», — про себя закончил Кайнетт его мысль. — «А волшебники не любят слишком уж себя утруждать».
— Если вопросов нет, я продолжу, — Слагхорн оглядел класс, но больше вопросов не последовало. — С зельеварением вы все и так отлично знакомы. С другой стороны, солью алхимии, да простят мне этот каламбур, является ритуал. Повторение великого в малом; античная пьеса, которую по ролям разыгрывают в тигле металлы и кислоты; чаша с водой, где отражается звёздное небо. Элементы следуют за движением планет и чувствами людей, а превращение веществ и рождение новых эликсиров — лишь результат этих процессов, проведенных верно и без ошибок. И для этого нам требуется магия, — волшебник взмахнул перед собой палочкой, но только для демонстрации. — Хотя Роджер Бэкон и назвал одну из своих работ по алхимии «О тайнах природы и искусства и о ничтожестве магии», не стоит понимать это слишком буквально…
Маг не услышал ничего нового для себя, но хотя бы Слагхорн продемонстрировал достаточную осведомлённость о предмете. Снейп считал классическую алхимию пережитком прошлого, заниматься которой можно разве что из любопытства, однако бывший декан признавал, что у данной дисциплины есть своя ниша среди мистических наук. Пока хватит и этого.