Как будто этого было мало, каждые несколько минут то здесь, то там над поляной формировались вихри, облака острых снежинок, сферы из огня… Прежде чем приступать к поиску чего-то ценного на месте этого побоища, было решено поднять Ирвина на ветку одного из деревьев вокруг поляны, чтобы волшебник контролировал обстановку и предупреждал товарищей об опасности.
Если верить Лавгуд, это место появилось в середине пятнадцатого века, когда одна группа волшебников с континента решила что-то доступно и наглядно объяснить директору Элизабет Бёрк. До замка они не добрались, но бои на подступах шли достаточно суровые, и обе стороны не ограничивали себя связывающими и сонными чарами. Большой участок леса выгорел и до сих пор, если поискать как следует, в чаще можно было наткнуться на пятна застывшей лавы, обратившиеся в стекло пни и мёртвые прогалины, где веками ничего не могло взойти вновь. Очевидно, это место, пораженное проклятьем, оставили в глубине леса до лучших времён, пока чары не ослабнут со временем, однако в какой-то момент Хогвартс предпочел сохранить этот созданный магией пустырь на память о славных временах.
— Всё ещё никаких результатов? — уточнила Грейнджер, приближаясь к нему и кивая на артефакт в руках.
— Да, — вынужден был признать Кайнетт. — Проклятье слишком сильное, просто заглушает всё остальное.
— Диадема должна «светиться» куда сильнее, исходя из всего, что мы о ней знаем.
— Должна. Но гарантий нет, — отозвался маг.
Ещё летом он собрал несложный артефакт, который должен указывать на ближайшее скопление магической энергии. Куда больше времени ушло, чтобы адаптировать его под работу внутри замкнутых барьеров Хогвартса и к тому же внутри искаженного пространства. Доработки пришлось вносить уже в школе, а последнюю калибровку проводить на изнанке замка, когда группа сегодня отправилась на поиски. В паре залов, которые они прошли перед этим, компас исправно работал. Сначала он обнаружил древнее магическое зеркало, потрескавшееся, но ещё способное изменять изображение в пыльном стекле и даже пытавшееся говорить с ними. А потом указал на пару магических тварей, укрывшихся в тенях каменного полуобвалившегося коридора в ожидании людей.
И после этого они вышли сюда, к месту старого сражения, где компас вдруг оказался бесполезен. Притом, что на взгляд Кайнетта, подобное негостеприимное и небезопасное пространство как раз неплохо подходило, чтобы на годы сохранить тут ценный мистический знак от всех охотников за Волдемортом. К сожалению, обыскивать это месиво из вырванных пней, разбитых деревьев и ям всех размеров приходилось без подсказок, как и раньше, полагаясь на удачу и собственное чутьё. К тому же большого энтузиазма однокашники, за исключением Лавгуд, не проявляли — мороз, не замечающий ни чар, ни огня, ни теплой одежды, заставлял действовать в спешке, да и риск попасть под очередной стихийный выброс тоже душевному спокойствию ничуть не способствовал. Трофеи пока совсем не впечатляли — обломки посоха, несколько обрывков выделанной драконьей кожи, потемневший от времени серебряный браслет с мутным расколотым на части камнем. Выглядело так, словно это место никто не посещал за последние несколько веков и ничего специально тут не прятал.
— Уходим. Здесь явно ничего не осталось, — ещё десять минут спустя сказал Поттер, вновь формально возглавивший небольшой отряд. — За следующей дверью сделаем перерыв, согреемся и соберемся с мыслями.
Проход из леса открывался в сырой коридор с заколоченными дверями, который когда-то привёл Кайнетта с ученицами к классу с дожидавшимися своего часа оживлёнными доспехами. Далеко не самое уютное место, учитывая пыль и плесень, однако здесь хотя бы было тепло. Не слишком горячий магический огонь, который Крауч (рисуясь на публику) своим посохом создала прямо в воздухе, ещё сильнее поднял всем настроение, так что вскоре группа вновь была готова искать древние артефакты, забытые сокровища и приключения на свою голову.
Однако следующая дверь открылась не в кабинет трансфигурации с оплавленными глыбами металла на полу. Их ждали ряды пустых стеллажей, затянутые паутиной окна и шуршащие под ногами обрывки бумаги. Заброшенная секция библиотеки, из которой когда-то убрали все книги, прежде чем закрыть на много лет — волшебники и ведьмы уже проходили здесь полгода назад, не обнаружив ничего интересного. Даже никаких тварей тут не завелось, не считая многочисленных пауков. Для Уизли с его арахнофобией это тихое место было куда хуже, чем пыточная или проклятое поле боя.