— Так я не в переносном смысле. А в прямом, — она с трудом подняла руку, указывая на мел в его ладони. — Ты же любишь говорить о том, как волшебники стоят выше природы и меняют реальность, а сам просто рисуешь круг от руки. Уж левитировать мел тебе точно будет несложно или взять краску и заставить её саму собой растечься в нужную форму?
— Несложно. Но это затраты силы, которую мне всё равно потом придётся влить в тот же самый круг. А магия — это всегда баланс.
— Опять «Принцип равноценного обмена», да? — уточнила она без интереса. Эмбер пока молчала, но к разговору прислушивалась.
— Да. Или вот пример, который будет тебе ближе. Играть с магией по правилам — нетрудно, даже дурак справится, если ему хватит усердия заучить основы. Но чаще в дуэли побеждает тот, кто сумеет обойти правила, или тот, кто сделает это лучше своего врага. Собственно, этим мы прямо сейчас и занимаемся, — Кайнетт демонстративно указал мелом на уже несколько законченных рисунков.
— Обходим правила? — уточнила Аманда. — Но нас даже аврорам привлечь не за что, если вдруг поймают. Максимум, за побег из школы отругают.
— Правила, а не законы. Все заклинания имеют ограничения. «Адское пламя» легко создать, но почти невозможно контролировать. «Экситиум» и «Бомбарда» требуют грубой силы куда больше, чем следовало бы, а непростительные не работают без выхода на пик эмоций. В классической магии — чем больше строк нужно произнести и чем сложнее круг нарисовать, тем заклинание будет мощнее или стабильнее в своём эффекте, — Кайнетт за несколько лет уже привык упрощать материал для школьников, не знакомых с базовыми понятиями Часовой башни даже на уровне первого курса. — Мы размениваем время на результат. А можно уже время обменять на деньги. Заклинание, сравнимое с «Бомбардой Максима», для которого не нужна палочка, не нужно слов или усилий… всего лишь запечатать его внутри сапфира в две дюжины карат, который разлетится пылью после взрыва.
Судя по удивлённому возгласу за стеной, Грейнджер тоже слушала его небольшую лекцию. И смогла хотя бы примерно прикинуть стоимость такого «снаряда». Сам Кайнетт этого метода не придерживался даже в прежние времена, когда мог позволить себе такие расходы, а имел дело с металлами и сплавами. Но маги идут разными путями, и хотя бы знать о работе коллег и конкурентов всегда жизненно необходимо. А оказавшись здесь, Арчибальд уже много раз успел сказать себе, что лишних знаний не бывает — даже мелочи, которыми когда-то интересовался между делом, могут вдруг пригодиться, если твои нынешние противники или союзники о подобных приёмах вовсе не знают ничего.
— Если придерживаться того же принципа, наша возня неделями в подобной богадельне для бездомных и клопов должна будет в момент обеспечить нам защиту не слабее, чем у стен Кандии.
— Ты купила себе словарь? — невинным тоном поинтересовалась рядом Эмбер. — И энциклопедию.
— Мой парень тоже знает очень много умных слов. Завидуй про себя.
— Всегда удивлялась, о чём он с тобой вообще говорит…
Кайнетт продолжил работу, не мешая им пререкаться. Завершил очередной круг, затем прислушался к тишине за стеной. После этого убрал мел и направился к дверному проёму, ведущему в очередную заброшенную квартиру. Там работала Лавгуд, однако скрип и скрежет бетона прекратился ещё несколько минут назад.
Здесь сохранились внутренние стены, потому пришлось потратить ещё несколько секунд, прежде чем удалось обнаружить ведьму в комнате, вероятно, когда-то служившей гостиной. Луна почти лежала в вычурном кресле, неуместно новом и ярком среди грязного бетона — очевидно, она сама материализовала его заранее. У стены рядом с наполовину законченным глифом замерла странная тварь, похожая на прямоходящего ящера с острыми изогнутыми когтями на лапах. Монстр медленно растворялся в воздухе, рассыпаясь синими искрами вопреки усилиям Лавгуд удержать его в реальности.
— Джим? — слабым голосом произнесла она, пытаясь сфокусировать взгляд на визитёре.
— Эванеско, — бросил он, взмахом руки заставив непонятное существо исчезнуть окончательно. Быстро пересек комнату, наклонился и извлёк из кармана куртки у Лавгуд наполовину пустой флакон жаропонижающего эликсира. Сейчас не требовалось даже диагностики — озноб, нездоровый цвет лица и тяжелое дыхание и так выдавали её состояние. Поднёс ёмкость ведьме к лицу и приказал: — Пей.
Когда через пару минут зелье подействовало и Лавгуд уже не рисковала в любой момент упасть в обморок, она попыталась сразу сесть ровно и неуверенным жестом откинуть со лба мокрые от пота волосы. Затем тихо сказала: