Однако волшебники и тут не могли не пойти своим путём. Точнее тщательно сохранить ритуал, который был в ходу веков пять назад. Никаких подходов к алтарю и долгих речей, будущие муж и жена просто берутся за руки и произносят короткие клятвы, после чего следует обмен подарками, даже не кольцами — здесь в ход шли две половины разрезанного надвое золотого галеона, что наверняка несёт какой-то символический смысл, скрытый от непосвященных. В данном случае эти четверо ухитрились даже настолько простой ритуал провести довольно сомнительным способом, когда сначала Сириус и Гвендолин официально выступили свидетелями для второй пары, а потом наоборот.
— А ты бы какой вариант выбрал, Джеймс? — вдруг поинтересовалась Грейнджер.
— Наверное, самый «рациональный», — предположила Тейлор. — Выслушали официальную речь от чиновника, поставили подписи на документы и ушли.
— Ну почему же… — слегка усмехнувшись, возразил маг. — Если девушка хочет отпраздновать такой день, то я готов устроить для неё церемонию по всем правилам. По христианскому обряду, по кельтскому, по-простонародному — как будет угодно.
— Ты не похож на слишком верующего человека, Мерфи, — заметила Карин. — Да и странно бы подобного ждать от чистокровного.
— А что это меняет? Свадьба — всего лишь ритуал, смесь из христианских и языческих традиций и обрядов, кое-как сведенных вместе за много веков. Любая мистическая сила, которая когда-то стояла за ними, давно уже утрачена, а символы и условности копируют, давно не понимая их первоначального смысла, — маг прикрыл глаза, «вспоминая» виденную чужими глазами свадьбу Финна МакКула и Грайне. На заре новой эры, когда эпоха богов закончилась ещё не так давно, ритуалы, клятвы, гейсы имели куда больше значение даже в таких обыденных вещах и к ним относились куда серьёзнее, сохраняя память о магии прошлых поколений. — Религия тут уже давно не играет никакой роли, но даже в таких мелочах противопоставлять себя обычным людям и делать абсолютно всё по-своему — зачем?
— Потому что это наши традиции? — предположила Лавгуд. — У обычных людей — свои, у нас — свои.
— И ты совсем не хочешь белое платье, красивую церемонию в церкви, обмен кольцами? — поинтересовалась Эмбер, демонстрируя неожиданную осведомлённость в предмете беседы.
— Я… этого не говорила.
Не слишком прислушиваясь к их спору, Кайнетт даже с некоторым удивлением понял, что сейчас может легко говорить с кем-то на эту тему, не чувствуя сожаления и тоски. Когда-то он действительно уже планировал их с Солой свадьбу. Даже представлял её себе, как бы наивно и по-детски это ни звучало. Он искренне хотел, чтобы всё прошло идеально и они могли отпраздновать создание своего союза и объединение семей Арчибальд и Нуада-Рэ. Однако всё сложилось по-другому и теперь эти мечты — забытое прошлое. Испытывал ли он сейчас зависть к паре волшебников на несколько лет его младше, которые только что обзавелись семьёй? Нет. Их право, их собственный выбор, их победа или их провал — только время покажет.
Он сам потерял свою лучшую возможность, впервые в жизни потерпел поражение, но всё-таки остался жив… в каком-то смысле. А значит, ещё может сделать всё так, как полагается. Если бы маги сдавались после одной, десятка или сотни своих ошибок и неудач, они бы так никогда и ничего не сумели достичь. В судьбу и предопределённость Кайнетт не верил — если он когда-то упустил один идеальный шанс, которого «не заслуживал», это ещё не значит, что он со временем не сможет создать для себя новые возможности. Правда, сначала потребуется убрать несколько препятствий, которые мешают, но он уже давно смирился с тем, что ещё долго обеспечивать безопасность своих будущих планов придётся в основном собственными силами…
— Я ненадолго вас оставлю, — негромко сказала Эмбер, заметив кого-то в толпе гостей. Быстро направилась к дальнему столу, вокруг которого собралось полторы дюжины взрослых и подростков.