блудника, но Бог поступал именно так, любя Давида. Ненормальной кажется нам любовь к человеку, который стремится
избегать нас, но такой была любовь Бога к Соломону7. Ненормально любить тех, кто любит каменные изваяния больше, чем вас, но Бог явил именно такую любовь к израильтянам.
Об этой любви говорил Христос в последний вторник Своей земной жизни. Эта же любовь поведет Его на крест в
пятницу.
Крест находится в самом центре всемирной истории. Все, что было в прошлом, указывало на него, а все будущее
зависело от него. Это — величайшая победа Божьего Царства: Бог жил на земле. Но это же является и величайшей
трагедией земли: человек отверг Бога.
Религиозные вожди знали, что Христос говорит о них. Так же, как их отцы отвергали пророков, они теперь отвергали
Пророка—Самого Бога.
Христос говорил, обращаясь к тем, кто забыл собственную историю. Он говорил, взывая к тем, кто отказывался
замечать знамение за знамением, отказывался слышать пророка за пророком. Это не было так, словно они упустили из
виду пару предложений или проигнорировали запятую.
_____________________
* В других переводах в этом месте Писания говорится о том, что Бог поступил необычно. — Примеч. ред.
Это не было так, словно они неверно истолковали пару глав. Они не заметили всей Книги. Бог пришел к ним, прошел по
их улице, стучась в двери их домов, но они не впустили Его.
По этой-то причине, — поскольку они отказались поверить, — Христос произносит отрезвляющие слова, записанные в
Евангелии от Матфея: «...отнимется от вас Царство Божие и дано будет народу, приносящему плоды его...»8.
Бог нетерпим к черствым сердцам.
Он терпит наши ошибки. Он прощает наши падения. Он не злится, если мы донимаем Его вопросами. Он не
отворачивается от нас, когда мы сталкиваемся с трудностями. Но если мы постоянно отвергаем Его слова, если мы упорно
не хотим слышать Его просьб, если Он поворачивает вспять ход мировой истории, а мы все равно остаемся глухи и
по-прежнему не слушаем Его, — Он относится к нашему отказу серьезно.
«Вам первым надлежало быть проповедану слову Божию, но как вы отвергаете его и сами себя делаете недостойными
вечной жизни, то вот, мы обращаемся к язычникам», — сказал однажды апостол Павел иудеям9. Обратите внимание — не
Бог счел этих людей недостойными. Они сами отказались слушать и своим отказом отсекли себя от Божьей благодати.
Христос осуждал охладевшие сердца; души, поглощенные собой настолько, что они были готовы хулить Подававшего им
надежду; сердца, ожесточенные до такой степени, что они называли Князя мира веельзевулом10.
Такое богохульство непростительно, и не потому, что Бог не желает прощать людей, а потому, что человек не желает
просить о прощении. На ожесточенном сердце лежит проклятие. Ожесточенность сердца проявляется в глазах, не
желающих видеть очевидного, и ушах, не способных слышать громкой и внятной речи. Такие люди не стремятся к Богу и не
смогут обрести прощения — ведь они не будут о нем просить.
Возможно, мои детские воспоминания вовсе не уникальны. В каком-то смысле, об этом же мы читаем и в Евангелии: Христос позволяет пронзить Свои руки для того, чтобы пробиться сквозь окаменелую скорлупу наших сердец. Почему Бог
пронзил Свои руки? Почему в Своей любви к нам Он пошел на такое? Почему Он освободил Своих детей и спас Свой народ?
Пусть на этот вопрос ответят двое из тех, через кого Бог даровал нам Священное Писание. Один из них — Моисей:
«чтобы ты знал, что только Господь есть Бог»11.
Тысячи лет, сотни пророков, бесчисленное количество чудес и один окровавленный крест спустя апостол Павел
скажет то же самое, только несколько иными словами: «...благость Божия ведет тебя к покаянию»12.
Так какую же цель преследует Его долготерпение? Он желает, чтобы мы покаялись.
Я начал эту главу детским воспоминанием об одном происшествии, случившемся в церкви, закончу — другим детским
воспоминанием. Это картина Холмана Ханта. Возможно, вы видели ее репродукции: каменное крыльцо, увитые плющом
кирпичные стены... Христос стоит перед тяжелой деревянной дверью.
Репродукция этой картины была напечатана в Библии, которую я часто держал в руках маленьким мальчиком. Под
картиной были написаны слова: «Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему..»13.
Лишь годы спустя я прочел об одной детали, которую не замечал на этой картине прежде. Холман Хант специально НЕ