После того, как эту японскую дивизию «стёрли», она последовательно отбила атаку 24-го мотострелкового полка Федюнинского - с большими потерями для наступающих, 247-го батальона 7-й мотоброневой бригады полковника Лесового – уничтожив сорок пять броневиков из шестидесяти пяти и, в полном порядке отошла по уцелевшим переправам на другой берег - только после двухдневных авиационных бомбардировок, артиллерийских обстрелов и непрекращающихся танковых и пехотных атак.
Ну, да ладно – с косоокими самураями худо-бедно пролезло, ибо у тех не было в планах ввязываться в затяжной конфликт в тех пустынях… С 1934-го года Япония воюет в Китае за «место под Солнцем» и завязла там по самые свои – вечно «загоревшие» уши.
Зачем ей лишний фронт?
«Пролезло» Красной Армии и в Польше - хотя даже при почти полном отсутствии сопротивления, у советских танкистов совершающих Освободительный поход - были серьёзные проблемы связанные с обслуживанием, полевым ремонтом и снабжением их боевых машин. Множество сломанных или оставшихся с сухими баками танков, прочно закупорила все дороги - предоставив пылящей собственными ножками пехоте сомнительную честь самостоятельно освобождать будущих бандеровцев от белопольского помещичьего гнёта.
Но недаром в нашем народе говорят:
«Голь на выдумки хитра».
В отсутствии не то, чтобы транспортных танков - даже обычных автоцистерн в необходимом количестве, советские танковые командиры придумали новый тактический приём - до которого хрен бы когда додумались педантичные европейцы с тупыми американцами. Переливание остатков горючего из танков всего подразделения в машины передового отряда, чтобы на следующий день - достигнуть указанного начальством рубежа.
И сим победиша!
Однако, «сколь верёвочка не вейся», если драться не готов (а готов «нести большие потери») - «…изды» обязательно получишь!
В отличии от поляков, финны упорно и умело сопротивлялись и вот здесь вся гниль вылезла наружу. Слабо обученная советская пехота, за танками в атаку не шла и, тем более - не шла она в атаку без танков. Не умея наладить взаимодействие, командиры стрелковых дивизий и полков - гробили приданные им танковые батальоны, заставляя их самостоятельно прорывать глубоко эшелонированную оборону противника. Танкисты сами вели разведку, сами проделывали проходы в надолбах и эскарпах, сами отыскивали и уничтожали цели, сами вели в бой пехоту…
Естественно, при этом они массово гибли, хотя на момент начала Зимней войны, у финнов было - всего сто с чем-то 37-мм «Бофорсов» и десятка три лёгких танков. Мало того: бегая по снегу на лыжах, они было такое дело – окружали батальоны наших «быстроходных танков»…
Ладно, будем считать, что и с «финиками» - худо-бедно, но обошлось. Мы снова победили - хотя и, «не постояв за ценой».
Боевой опыт был получен, да!
И причём – весьма немалый, ибо полученные «люли» - были реально-конкретными.
Весной 1940-го – отдельные командиры РККА до штурмовых групп своим умом дошли и даже до некого прообраза батальонных тактических групп дотумкались… Но это всё больше на низовом уровне – батальон, полк, танковая бригада, максимум дивизия.
Но на высшее военное руководство Красной Армии, гораздо большие впечатления произвели действия роты экспериментальных тяжелых танков - состоящую из «КВ» и двухбашенных «СМК» и «Т-100».
И все прежние неудачи были тут же объяснены тем, что раньше танки были «лёгкими и устаревшими», с пожароопасными бензиновыми двигателями – отчего и вспыхивающими и горевшими «как спички».
Но вот теперь то - когда у нас есть «новейшие и неуязвимые», с негорящими дизель-моторами – мы им всем покажем, где зимуют раком!
В мае месяце прошёл разбор полётов по итогам Советско-финской войны - на котором про штурмовые группы ни слова. Но зато было принято решение о разработке следующей «вундерваффли» - танка прорыва с шестидюймовой пушкой и бронёй более ста миллиметров. Нет, речь идёт не о толком ещё не освоенном промышленностью «КВ» -страдающему недоведённостью конструкции и связанными с этим техническими дефектами… Речь идёт о танке, идущем ему на замену.
Лёгкость мысли, просто необычайная!
Чуть позже, главный танкист РККА генерал Павлов договорился до такой вот «тактики»:
«Для уничтожения пушки ПТО, тяжелому танку потребуется [снарядов] или ничего, или один выстрел.
Первый эшелон [танков] для самостоятельных действий в глубине. Он идет, не обращая внимания на противника, находящегося в обороне, и только своими фланговыми частями решает задачу по уничтожению или разрушению целей, мешающих продвижению»…