— Поднимайся, нам осталось пройти совсем немного, — Вилл стоял рядом, дожидаясь, пока я поднимусь и я видела только его сапоги, покрытые пылью.
— Почему нельзя отдохнуть тут?
— Нельзя, тут мы как на ладони, — лязгнул он зубами, — а тебя и мешки я нести не могу, устал. Поднимайся, уже недолго осталось.
— Господи, — я с трудом встала на четвереньки, опустив голову, — хоть бы немного отдохнуть!
Плоская равнина, заросшая травой и купами кустарника с узкими жесткими листьями, тянулась вдоль всего обрыва направо и не больше километра вглубь плато. За ней уступами вставали темные горы, поднимающиеся все выше и выше, чем дальше они уходили вперед. По-моему, на горизонте они уже подпирали космос и скрывались за облаками. Слева блестела широкая лента реки, которая пропадала в суживающихся берегах и затем обрывалась водопадом. Река вытекала из этих самых гор и только когда я преодолела последние километр или два, то увидела, что по ее берегам у подножия гор виднеются темные дыры пещер. Каменный каньон, который она пробила себе, начинался выше по течению, а в этом месте река была достаточно мелкой и широкой и пещеры были не пещерами, а просто огромными нишами в камне. Солнце припекало и плоские большие камни, в изобилии лежащие на берегу, были горячими и гладкими. Вилт бросил мешки в одну из ниш, не самую большую, зато достаточно глубокую и я повалилась животом на плоский камень почти у самого входа, уткнувшись в сложенные руки. Я слышала, как он ходил по нише, потом пошел к реке, но не было сил даже повернуть голову и спросить, куда мы пришли. Задремав на теплом солнце, сквозь сон расслышала шаги по камням и что-то брякнуло рядом с головой, Послышалось знакомое сопенье и лязгающий голос утвердительно произнес:
— Ты не Дайлерия. Кто ты?
— Наконец-то, — радоваться тоже не было сил, даже повернуть голову было невозможно, но меня как-то сразу отпустило напряжение, — я уже говорила, кто я и откуда.
— Извини, забыл за всеми этими побегами. Я воду принес, будешь пить?
— Буду, — я все-таки приподнялась и потянулась за котелком. Отпила почти половину, поставила на камень и легла, чуть не плача от блаженства на теплом камне. Ветерок ерошил волосы, пробегал по спине, рядом тихо плескалась река и трещали в камнях какие-то насекомые.
Проснулась я уже почти в сумерках. Тени от ближних гор вытянулись поперек реки, пещеры казались темными провалами в стенах, а в воздухе стоял запах дыма. Затекла шея и руки, но уже не так сильно болели ноги и я сползла с остывшего камня, оглядываясь по сторонам. Вилт сидел, привалившись к стене и пил что-то из мятой кружки, рядом со входом в пещеру темнела кучка затухающих углей и котелок над ней.
— Что там? — сунулась я в котелок, — травы?
— Да, — он допил все из кружки и выплеснул остатки на камни, — на, пей. Есть будешь?
Хвостик колбасы, хлеб и полшарика сыра я прикончила весьма быстро, но больше есть ничего не стала — сейчас попью отварчика и все благополучно провалится в живот, до которого еда просто не успела пока что долететь. А потом я буду задавать вопросы… у меня их столько, что даже не знаю, с какого и начать!
— Расскажи-ка все еще раз, — опередил меня Вилл и я вновь поразилась человеческим глазам на заросшей редкой щетиной морде. На этот раз глаза были нормальные, я бы сказала, даже светились интересом. — Только не надо подробно рассказывать, как ты там у себя жила, давай сразу ближе к делу. Да, и как тебя зовут?
— Вообще-то я Валерия, — поежившись от прохладного воздуха я поискала плащ, чтобы завернуться в него и Вилл, как почувствовав это, протянул сверток из-за спины. — Спасибо… и у меня к тебе куча вопросов тоже! Может, я все-таки сперва спрошу?
— Спросишь, — согласился он, — только сперва расскажешь, что произошло и почему ты в теле Дайлерии.
— Ну ладно, — я поплотнее завернулась в плащ, — мне тут скрывать нечего. Короче, она обещала мне помочь. Помнишь, я говорила, что осталась без дома, то есть без квартиры? Я была очень злая, ненавидела весь мир, цеплялась ко всем и совершенно не могла находиться рядом с другими людьми. Часто уходила гулять одна, разговаривала сама с собой и в один прекрасный момент услышала в своей голове голос, который поначалу приняла за свой собственный…
Рассказывала я вроде бы не очень долго, но сумерки успели перерасти в ночь, на небе зажглись звезды, а я все вспоминала, как я уговаривала Дайлерию помочь мне, а она не соглашалась, а потом снизошла и мы договорились, как я оставляла ей напечатанные инструкции, как проснулась в ее постели и что произошло потом. Вилл слушал внимательно, не перебивал и даже вопросов почти не задавал, особенно когда я начала рассказывать о трех днях жизни в Арсворте.