— Вилл… Вилл… — я пыталась вспомнить то имя, которое мне сказал Никомус.
— Орвилл Крайден, — любезно пояснил Лиенвир, — можешь теперь звать его так. Надеюсь, ты не против, Орвилл?
Ешкин кот, а я еще что-то про глаза говорила, спала рядом с ним… теперь понятно, почему он сказал, что был ее мужем! Ну ладно хоть в человеческом облике, а не в этом… приношу свои извинения хозяйке, раз у нее в этом плане все в порядке.
— Лерия, теперь ты знаешь все… или почти все, — Грегор с сомнением посмотрел на меня, подозревая, что по женскому делу мне пора истерить со слезами или делать еще что-то совершенно неподходящее для нормальной мужской логики. — Остаются некоторые мелочи, которые надо бы утрясти…
Ох, как я не люблю подобные высказывания да еще под занавес! Почему-то при таких словах рождается стойкое убеждение, что эти самые мелочи перевесят все, что говорили ранее и цена этим сущим мелочам может быть такова… Сидела я смирно, истерик не закатывала по причине сумасшедшего обилия непереваренной информации и мои собеседники, безмолвно переглянувшись между собой, подкрепили самые худшие опасения по поводу мелочей.
— Мы не знаем, как отправить тебя назад, на твою родину, — наконец изрек Грегор, видя, что Орвилл и Лиенвир молчат. — Прости, но мы даже не догадываемся, как это получилось у Дайлерии, а у нее теперь не спросишь. Лиенвир больше целитель, я и Орвилл — боевые маги, да и то он теперь остался с таким резервом, что и врагу не пожелаешь… все, что у него было, теперь у тебя… а вдобавок и запечатано ею.
— Может быть… Совет магов… — голос предательски задрожал и я замолчала, чтобы не утонуть в слезах.
— Да, это единственный шанс, — как-то очень обрадованно согласился Грегор, — пусть они займутся этим делом, не все же просто так штаны в Академии просиживать!
Наигранно радостный тон означал только одно — они с радостью согласны проводить меня туда и отвязаться от такого тухляка, как мое дело, лишь бы я не маячила у них перед глазами как напоминание о собственной несостоятельности. Пожалуй, это хоть призрачный, но шанс, в который я согласна поверить, если… если бы они не рассказали мне до этого историю с заговором, которая никак не вписывалась в радужные мечты о поездке в Академию. Перспективы при этом рисовались самые плачевные — от ареста официальными властями до собственной смерти. Проблем-то у них по сути дела две — моя отправка отсюда и этот самый заговор, который Орвилл уже почти расковырял, потеряв при этом свой облик и внутренний резерв. Докладывать он должен уж никак не в этом виде, значит, его проблемы для этой троицы гораздо важнее, чем мои. Что там Крайна говорила, пять дней они уже тут спорят… вот и сейчас притихли, как мыши, дырки во мне протирают… хребтом чую, что у них уже есть какой-то план..