— Нет, — отрезал он, — не люблю пиво.
— Олег, вы первый мой знакомый мужчина, который не пьет пиво! Ну ладно, пусть это будет ваш самый большой недостаток, — допив свою бутылку, я поднялась со скамейки. — Пойдемте, коли не шутите. Кстати, вы любите ходить пешком?
— Если надо, то пройду, сколько необходимо… а вы сколько пройдете? — он с сомнением посмотрел на мои босоножки.
— Я-то как раз много хожу именно пешком, — я вдруг вспомнила о разбитой машине и поморщилась. — Жаль, что моя машина уже на свалке, а то я с понтами провезла бы вас по Питеру… впрочем, это уже дело прошлое! Итак, с чего начнем сегодняшнее путешествие?
— Полностью предоставляю вам выбор, — Олег уже подошел совсем близко и от него пахнуло легким горьковатым запахом. — Я готов идти туда, куда вы поведете… времени у меня предостаточно, до завтрашнего утра я полностью свободен.
— Зато я не выдержу столько ходить и мне вообще-то на работу с утра, так что я еще должна выспаться. Ладно, до десяти я вас повожу, уговорили.
Мы двинулись по набережной до нового моста на Крестовский остров, я рассказала историю его постройки и вполне правдоподобно описала старый, по которому ходили только трамваи и сложенный из бревен. Оттуда мы пошли на Петровский остров, где до сих пор сохранилась канатная фабрика, а сам остров был длинным и через него мы вышли к стадиону у Тучкова моста. Через Ждановскую набережную мы дошли до Петропавловки, обошли ее вокруг и я показывала Олегу место, откуда стреляет пушка ровно в двенадцать дня, рассказывала о ежегодных наводнениях, проводя по памятным доскам рукой и вновь возвращалась на триста лет назад, когда Петр сотоварищи только что отвоевал этот хмурый и неприветливый кусок болотистой суши у шведов…
— … берега тогдашней Невы были низкими и болотистыми, здесь было около сорока островов, заросших камышом и затапливаемых при мало-мальски сильном ветре со стороны Финского залива. У нас очень мало солнца, постоянно дуют сырые ветра, а осенью и вообще мерзко и неуютно. Этот климат был всегда именно такой, как и сейчас, но царь Петр повелел построить город именно тут, в дельте Невы. Можете представить себе, какой труд был затрачен на то, чтобы хоть немного поднять здешние берега выше уровня моря! Каждый крестьянин, въезжавший в Санкт-Питерсбурх, как называли его тогда, должен был привозить камни на телеге, три или пять, точно не помню, чтобы положить их в основание города. Первой была заложена эта самая Петропавловская крепость, она закрывала от шведов вход в Неву. Потом построили первый жилой дом, который до сих пор жив, домик Петра Первого. Мы уже не успеем в этот музей, но вы обязательно сходите в него, чтобы иметь верное представление о том, в каких условиях жили люди в те времена. Пока сами не посмотрите, не поймете разницу между нынешней жизнью и той, которая была триста лет назад.
— А это что за… — Олег замялся, глядя снизу вверх на статую Петра шемякинского разлива. — Разве царь действительно был таким… непохожим на других?
— Мне тоже не нравится это произведение, — я еще раз посмотрела на памятник и в сумерках он показался мне еще более уродливым, чем раньше. — Здесь нарушены основные пропорции человеческого тела под предлогом того, что зрители смотрят на него снизу, а не на равных и памятник смотрится неестественно.
— Петр был достаточно крупной фигурой в истории, — Олег запрокинул голову, рассматривая колокольню собора внутри крепости, — но это была весьма спорная фигура в истории страны, верно?
— Точно так же можно сказать о любом царе в России, кроме разве что тех, кто умер во младенчестве. Безусловно, Петр стоит наособицу, поскольку именно при нем Россия получила выход к морю и он буквально тащил всю страну вперед, держа постоянно руку на пульсе. Царь, а многое делал сам, например, работал на верфях, учился в Голландии…
— Хороший правитель должен иметь представление обо всем хотя бы в общих чертах, — перебил меня Олег, — иначе он не сможет правильно оценивать положение в стране. Не обязательно вникать во все тонкости, но при необходимости и это оправдано. Чем дольше правитель находится во главе страны, тем легче ему вести страну в выбранном направлении… Лера, вы устали? Давайте мне руку, здесь у вас все вымощено так, что можно в сумерках переломать ноги, — мужская ладонь ухватила меня за руку и я действительно стала двигаться уверенней в сгущающихся сумерках.