— Мне только их одежда нравится, а все остальное не для меня.
— Ну смотри, а то мы уже решили, что ты хочешь остаться в Алтеке после срока и кто-то из них берет тебя в свой род… да что ты так уставилась на меня? — Тора рассмеялась и встала из-за стола, хлопнув мне ладонью по плечу, — пошутила я, не бойся!
Ну и шуточки… перспектива остаться навек в этом жарком и пыльном углу Лионии одобрения не вызывала. Еще чего, если мне в местной одежде удобней ходить, так сразу надо оставлять здесь жить до скончания века? Но смех смехом, а вот с башмаками действительно беда, завтра надо собрать всю силу воли, чтобы не охать и не стонать. Кстати, так и не спросила, а как здесь происходит этот процесс, собирают сухие палки или топоры выдают и пилы?
Оставшуюся часть вечера я убила на то, чтобы хоть как-то сделать старые башмаки более носибельными, имея под рукой лишь нож и воду. Заскорузлая кожа никак не желала выпрямляться, сколько бы я не соскребала ее ножом на складках, она продолжала впиваться в ноги, оставляя болезненные вдавлины и под конец я совсем пала духом, злобно рассматривая произведение неизвестного мастера. Когда-то они были весьма неплохи — толстая подошва и кожа верха наверняка спасали ноги своих хозяев от дорожных неприятностей, но… столько не живут, а к башмакам это относится так же, как ко всему остальному! Повздыхав от осознания предстоящих неприятностей с ногами, я подхватила свою несчастную обувку подмышку и потащилась от колодца, где воевала с ней, к себе в комнату.
Перты, как и предсказывала нам Геда, в комнате не было, как не было ее мешка с вещами и вообще ее угол уже пустовал. Поглядев на спящих девиц, я завалилась спать, старась поменьше думать о предстоящем походе.
Крытая повозка дожидалась нас во дворе, как только мы вышли из общего зала и я обошла вокруг, ожидая моих попутчиков на этот день.
— Ты Рия? — плотный мужик в темной рубахе, загорелый, как и все, кинул в повозку небольшой мешок, в котором что-то тяжело звякнуло. — Чего стоишь да еще и босиком, сейчас еще одна девчонка подойдет, тогда поедем. Да садись под крышу, успеешь еще находиться по жаре, а еще лучше — ложись, пока внутри свободно.
— Долго нам ехать? — по совету Девиса я легла под тент, вытянувшись на жидком слое соломы и потыкала пальцем в мешок. — Что там?
— Да топоры для вас, что поменьше, — охотно пояснил мужик, — мне побольше положен. Ехать? — переспросил он, задумавшись, — раньше, конечно, и близко можно было насобирать дерева, но плохо по склонам лазать, устаешь быстро. Я лучше подальше отъеду, чтоб не скакать лишний раз вверх-вниз. Есть одно место, там ураган прошел да смел много сучьев сверху, вот туда и махнем. До вечера целую повозку нарубим, если лениться не будете… ну, где эта… как ее… Трина, что ли? Опять трещит за столом до последнего, а что возвращаться придется затемно, это ее не беспокоит! Три-ина! — заорал он так, что мохнатые лошадки стали испуганно коситься на возницу, дергая ушами. — Вот дрянь какая, я еще и кричать ее должен, — возмутился Девис, — сейчас как дерну отсюда, пусть следом бежит!
Повозка дернулась и тихонько покатилась по неровным камням двора в сторону выхода, отчего лежать на соломе стало неудобно. Подскакивая на жестких досках, я пристроилась в углу, сгребя под себя все, что лежало на дне телеги. Ничего себе, порядочки, если эта самая Трина наплюет на все, получается, что я одна буду рубить дрова за нас двоих? Нет, я так не согласна!
— Ну раз не согласная, ищи сама ее, — недовольно отозвался дядька и остановил повозку. — Может, она еще в зале сидит, так поори ее, пусть шевелится побыстрее!
Луженой глоткой я не обладала, но делать было нечего и я пошла в зал, откуда уже выкатывались последние сидельцы, подгоняемые либо рявканьем старших по званию, либо насущными нуждами.
— Рия, вы что, еще не уехали? — из дверного проема показалась Тора, — чего до сих пор болтаетесь во дворе? Девис подошел… а Трина? Нет?
— Да здесь я, — крепко сбитая темноволосая девушка появилась сбоку, как по мановению волшебной палочки, — уже давно готова, пошли. Все равно целый день хворост собирать, до самой темноты, вот и надо было что-нибудь с собой взять, хоть хлеба кусок да кувшин с водой. Держи, я тут целых два ухватила, а то еще неизвестно, попадется ли нам хоть один ручей по дороге.