— А можно просто растереть эти синяки? — жжение налетало волнами, как будто руку шпарили кипятком, — если бы кожу не так кусало, то все можно пережить. Растирать ведь пальцем проще, чем вот так делать, как вы, господин маг…
— Проще оно проще, да кожу трогать нельзя сейчас, иначе облезет. Пока еще новая нарастет, а с ней одна морока будет — исчешешься до боли, а зуд не пропадет… давай-ка сюда вон ту мазь, что в коричневой банке внизу стоит, — ткнул своего помощника маг, — да завязать надо. Если все нормально пойдет, завтра вечером снимем, а там уже хочешь, растирай, хочешь — не растирай, дело твое. В воду только рукой не лезь, ну да я скажу Торе, займешься чем-нибудь другим!
Завязанная рука скрылась под длинным рукавом скилы, не привлекая ничьего излишнего внимания — пальцы шевелились вполне нормально и была надежда, что грузить камни не пошлют… а куда пошлют?
Бальор сдержал слово и Тора всучила мне целый ворох простыней и рубашек, которые ждали своей очереди на восстановление. Количество их наводило на мысль, что шитьем и штопкой в Скаггарде занимают себя очень немногие… впрочем, это гиблое дело двигалось действительно слишком медленно и к ужину я успела не так много, как предполагала вываленная передо мной куча. Жжение потихоньку проходило, в комнате, где сидели мы с Айной и Элтой, становилось все темнее и наконец настал счастливый час окончания, то бишь ужина. В дверь постучали и в проеме показалась голова Ивара.
— Мамы тут нет? — мальчишка оглядел комнату, мотнул вихрастой головой и пропал в коридоре, только пятки застучали.
— Пошли, девушки, — тяжело поднялась из-за стола Элта, — хватит, наработались! И куда это Тора запропастилась, если Ивар ее везде ищет?
За ужином все было как всегда, кроме одного — на конце стола, где сидел Герлет, Лион, Карен и прочие солдаты из их компании, было на редкость шумно и весело, а взрывы хохота будоражили остальных, непричастных к сегодняшней поездке. Стало неуютно и тоскливо, это у озера все было нормально… до поры до времени, а потом как будто спохватились и натянули на себя прежние маски. Обсмеют не один раз за то, как сама чуть не попалась на приманку хитрой твари, признаваясь, что увидела воображаемое кольцо… да и корону могла увидеть, если бы все время мечтала о ней! Были у меня когда-то кольца, но от них остались одни воспоминания, как и о прочем, что не прошло за мной следом за портальный камень. Как много там осталось…
Взрывы хохота на другом конце стола подманивали к себе тех, кто изнывал от любопытства и вскоре количество народу там переросло возможности свободных мест. Солдаты слушали рассказчиков, комментировали происходящее и эти комментарии долетали даже сюда…
— Ну, а потом что было, ты так и держал ее, пока маг не снял это щупальце?
— Хорошо держал-то? Вот, поди, покрутилась, это тебе не здесь нос задирать!
— Эй, а в чем она была-то, если потом ее Бальор погнал за вещами, голая, что ли, бултыхалась?
Мужики опять заржали, а я быстро допила содержимое кружки и стала пробираться к выходу из зала, против воли прислушиваясь к высказываниям.
— Так ты из-за нее свой нож утопил? Ну ты даешь, я его хорошо знаю, такого второго еще поискать надо… вот пусть и достает сама, коли виновата в пропаже!
А вот это справедливо сказано, здесь лишних и ненужных вещей нет, даже зашивается и штопается все по нескольку раз! Спасибо сказать я Герлету не успела — начались мужицкие подначки, значит, надо все-таки достать ему этот нож при удобном случае, чтобы не выглядеть неблагодарной тварью. Рука бы зажила побыстрей…
— Рия, мне вчера Лион рассказал про то, как вы ездили охоя сжигать, а потом на озере задержались, — начала Айна, как только Элта вышла из комнаты, где мы занимались шитьем. — Ты не подумай, я же знаю, что они много чего подвирают, я так ему и сказала, а он все равно за свое…
Вчера Айна пришла уже поздно и я через сон слышала, как она окликнула меня, но усталость за день взяла свое. Приходила ли Геда, я уже не поняла — очень часто она или заявлялась к утру или мы вообще ее не видели, но после случившегося в Алтеке она заметно присмирела и уже явно не лезла на рожон, заводя скандалы из-за пустяков. Иногда я ловила ее злые взгляды, но по душам мы с ней не разговаривали и наше общение ограничивалось только ими.
— Ты уже, смотрю, каждый день с Лионом встречаешься?
— А… ну да, — согласилась девушка, — я же тебе говорила, что он не такой плохой, как показалось сначала. Он и руки распускать перестал, даже когда мы одни, и говорит хорошо, и сам ласковый такой… ты не думай, я себя блюду, пусть даже кто-то и говорит про нас всякие гадости, ты не верь этому.