— А Лион сказал, что мужчины Герлету позавидовали, — вдруг выдала она, внимательно выслушав подробный рассказ о вчерашнем дне, — мол, каждый бы не отказался вот так вовремя рядом оказаться, чтоб тебе помочь… они только с виду такие грубые, а на самом деле они давно на тебя смотрят, только ты ничего не замечаешь и все время садишься подальше… ты что, боишься их?
Слова девушки попали в самую точку и я неловко попыталась завершить так неожиданно возникший разговор, уверив, что просто хорошо знаю мужицкую натуру и не хочу пристраиваться к ним за столом, поскольку они и полапать горазды и обсмеять и вообще… вон тогда, в первый вечер, у стенки построили, потом подножку поставили, а потом…
— Так откуда же ты знала, что вечером надо оставаться? — удивилась Айна, — это нам Тора сказала уже после того, как ты стирать осталась, а она думала, что Нита с Кратой тебе скажут. А они не сказали, вот вышло так… Нита жутко разозлилась, что ее ткнули этим!
Вспоминать, говорили мне что-то в тот день или нет, было делом заведомо провальным — времени прошло уже много, обижаться здесь на кого-нибудь глупо и надо только учитывать ошибки, чтобы не допускать их в дальнейшем.
— Эй, болтушки, — добродушный голос Элты прервал наш разговор, — вы чем тут занимались, пока я ходила? Скоро солдаты будут ходить в одной рубашке на всех и спать на неприкрытом сене, если вы не поторопитесь! Это все, что вы за сегодня сделали? Негусто… Рия, у тебя же пальцы нормально работают, так чего ленишься? Давайте-ка быстро за работу! — она села за соседний стол, разложив на нем выстиранные вещи и потянула к себе катушку ниток. — Вот сидите тут и ничего не знаете… а ведь завтра мы будем провожать Ниту и Берена из Скаггарда!
— Как завтра? — Айна отложила недоштопанную простыню, — ты же говорила, что на той неделе… так скоро?
— Конечно, — Элта пристроилась на лавке поудобней, — вот неделя и прошла! Завтра вечером попрощаемся с ними, а с утра они уже поедут с Бальором к портальному камню. Ну, думайте, что им на прощанье можно подарить?
Вечером маг снял мне повязку, насквозь пропитавшуюся его мазью и возвестил, что все последствия ядовитости цератоса ликвидировались благодаря его усилиям и теперь я могу делать со своей рукой, что захочу, но он, как маг и местный эскулап, все же попытался бы разогнать черные пятна от присосок.
— Кровь там только начала сворачиваться, если запустишь — пеняй на себя! Потом растирай, сколько влезет, только не сотри до кости.
Покрутив руку, пришлось согласиться, что нечего нос воротить и заниматься самолечением, когда рядом наличествует дипломированный лекарь. Когда-то мне лечили так спину… слава всем здешним богам, т-т-т, я о ней до сих пор не вспоминаю!
— Вы правы, господин маг, кроме вас мне никто не может так хорошо помочь… пожалуйста, делайте, что считаете нужным!
Сеанс лечения продолжался не так долго — руку покалывало и пощипывало, в местах особо черных синяков чесалось и зудело, но в целом все прошло хорошо, только внутри осталось ощущение, какое бывает после удара локтем об острый край, россыпь мурашек ударилась в ладонь и забегала внутри. Вот так, значит, кровь разгоняем?
— Господин маг, можно я все-таки еще раз спрошу вас, — было приятно посидеть в мягком кресле еще немного, пока я не буду точно уверена, — а то, что сказал Лайон тогда, на озере, что там больше ничего живого не осталось, это правда?
— А ты все-таки решила еще раз испытать судьбу?
— Вопросом на вопрос не отвечают. Нет, испытывать судьбу у меня нет ни малейшего желания, — я получше пристроила руку на коленях и разглядывала синяки, — Герлет утопил там свой нож и я хотела бы его достать. Больше мне нечем его отблагодарить, а о ноже он… очень сокрушался. Не может получиться так, что когда я попаду на то озеро снова, там уже подрастет очередной цератос?
— Об этом можешь не беспокоиться, чтобы там завелся еще один, надо изрядно подождать. Нож, говоришь, хочешь достать… хм… доставай, Лайон не шутил, мы хорошо с ним поработали в тот раз, да и лейтенанту Линарту он еще не раз пригодится.
— Лейтенанту… Линарту? Это Герлет лейтенант? — услышанное настолько не соотносилось с образом, прочно спаянным моим воображением, что я даже растерялась. Было дело, говорил Бальор что-то в первый вечер о помощниках коменданта и даже имена-фамилии называл, да я не соотнесла их с реальными людьми.
— Один из лучших, кого я имел честь знать, — подчеркнуто официально высказался Бальор. — Он служит здесь не один год и на него всегда можно положиться, не опасаясь подвохов. У тебя другое мнение?