Нет, конечно я не визжала и не вопила, мама никогда не разрешала мне выплескивать свои эмоции в таком виде, разрешая только тихо поплакать в уголке или ей в колени. Здесь нет ее ласковых рук, нет коленей, на которые можно положить голову и пожаловаться на несправедливость и боль, нет никого рядом, кто бы помог перенести свалившиеся на меня несчастья и ласково погладить по спине. Это дети не могут терпеть боль, а я уже не ребенок в глазах окружающих, спасибо, что не бросают и терпеливо тянут за собой, спасают и лечат, не требуя ничего взамен. И что я такая несчастливая?
Похоже, что вычищали все ножами, уж слишком неприятные звуки доносились со спины. Скребли острым лезвием и было очень больно, но я стоически терпела, только вздрагивая от очередного прикосновения да тихонько постанывая в одеяло. Содрали поджившую ранку, прочистили там все внутри, налепили горячие листья… содрали, прочистили, залепили… это еще неглубокие царапины, просто ободранная спина, а как здесь внутри глубоких ран копаются? Наверняка же были случаи, как эти дряни заползали не в простые царапины… ой, страшно-то ка-а-ак…
— Все, закончили, — надо мной облегченно вздохнули, — кроме, как на спине, больше ссадин нет? Если есть, то говори, потом будет поздно…
— Есть. — Надо было решаться сразу покончить со всеми неприятностями, — бок поцарапан и еще вот тут… — изрядно поелозившись, я все же задрала скилу спереди, показывая, где приложилась боком, подмышкой и грудью. Не хватало еще, чтобы эта погань жрала меня в местах, ей совершенно не предназначенных!
Герлет только хмыкнул, а Лорис вдруг засмущался и пошел собирать дрова.
— Потерпи, — мужская ладонь погладила меня по щеке, — я постараюсь почистить все побыстрее. Ну покричи, если хочешь…
— Раньше надо было вопить, — я неловко перевернулась набок, подняла руку, подставляя для прочистки воспалившиеся ссадины и отвернулась, — сейчас уже поздно. Надеюсь, что обойдется без последствий.
Или действительно мне было уже все пофигу или руки у Герлета стали аккуратнее, но три последних ранки он обработал практически ювелирно, так что я зря напрягалась в предчувствии острого лезвия. Горячие листья осторожно легли на вычищенные места, прилипнув к ним как… как банный лист!
— Посмотри, — на кончике ножа в крови копошилось что-то черненькое и мерзкое, длиной не больше четырех-пяти миллиметров, вызывая гадливость и отвращение. — Поняла, что нерисы не шутки?
— Да я и не сомневалась, — опустив скилу, я попыталась встать, но Герлет цыкнул и уложил меня, накинув сверху второе одеяло. — Гадость какая!
— Лежи, пока все не затянется. Сегодня уже точно никуда не пойдем, завтра с утра проверю, если все будет нормально, то в середине дня выйдем отсюда.
— А чего лежать-то, — спину немного саднило, но особых неудобств я не испытывала — не такие глубокие были повреждения, чтобы теперь валяться с ними целый день, — не болит ведь ничего!
— Болит, не болит, сказано лежать, значит лежи! — под нос мне была поставлена кружка с наилучшими пожеланиями от Лориса, снова колдовавшего у костра, — не смотри, что все вычищено, любой лекарь тебе сразу скажет, что после нерис в крови еще может зараза остаться и проявляется она горячкой, при которой надо только лежать и пить… вот и пей, раз сказали! До завтра отдохнешь, зато плестись не будешь, как старая кляча!
— Это кто старая кляча? — возмутилась я, порываясь подняться в порыве негодования, но меня прижали к одеялу и пододвинули кружку ближе под нос. Смирившись с положением временно больной, я устроилась поудобней и задремала, напомнив себе спросить, сколько нам добираться до Скаггарда.
Проснувшись от дыма, которым потянуло со стороны костра, я покрутилась на животе, но сон ушел, оставив после себя содержимое двух кружек, настоятельно требовавшее внимания и близлежащих кустов. Кто-то тихо сопел рядом, свернувшись в позу эмбриона. Присмотревшись, я тихо хрюкнула от смеха — а по виду и не скажешь, что такой здоровый мужик, как Лорис, может свернуться калачиком, трогательно надувая губы! В общей зале он смотрелся этаким бандюганом, который сперва бьет, а потом тупо смотрит на отбивную, состряпанную с помощью пудовых кулаков, а вот здесь он оказался вполне неплохим парнем, несмотря на свою непрезентабельную внешность. Может, зря я так шарахалась от мужской половины крепости, принимая собственные страхи за настоящее? Ну подумаешь, мыться мужиков не заставить, так они и у меня дома не все французским парфюмом благоухают, несмотря на горячую воду круглосуточно. Сколько раз я ездила в метро, чуть ли не валясь в обморок от чужих подмышек и выхлопа, а уж воняющие носки сопровождают любого представителя сильного пола и это не мешает им руководить и управлять! Кстати, зубы тоже чистят далеко не все… один мой знакомый с жаром утверждал, что человек должен пахнуть естественно и не пользоваться гнусными изобретениями типа душистого мыла и зубной пасты. Чего было удивляться, что даже стоять с ним рядом было равносильно утоплению в отхожем месте? А ведь имел высшее образование и кандидатскую, водил машину и преподавал в универе, даже два раза был женат… но это уже из другой оперы. Герлет тоже не похож на отморозка при ближайшем рассмотрении — резкий, привыкший командовать и добиваться подчинения себе, но не беспредельщик и не наглец. Лион, который поначалу так испугал Айну, тоже оказался нормальным парнем с трудной судьбой… при воспоминании об этой парочке я даже рассмеялась. Кто бы мог подумать, что уже через два месяца после приезда в Скаггард крошечная Айна будет командовать бесшабашным Лионом, защищая его от чужих нападок и жалея так, чтобы он этого не чувствовал? По вечерам я натыкалась на них в самых разнообразных местах, как будто специально ходила следом и, улыбаясь, делала вид, что не замечаю прижавшуюся в углу парочку. Еще были Девис и Трина, нашедшие друг друга у меня на глазах. Не поедь мы тогда на озеро, Трина не стала бы задирать подол, а солдат пялиться на нее… стало быть, правильно пялился, раз они уже за общим столом вместе сидят! Лайон Бергерс, который помчался за пацанами прямиком в болото, как только увидел, что мальчишкам грозит нешуточная опасность… уж не родственник ли он некой Лианне, на которой, помнится, собирался жениться один маг, приглашавший меня на подписание своего брачного контракта с иезуитской улыбкой? Спросила бы, да нельзя, а ведь наверняка бы услышала много любопытных вещей! Тут я в корне не права — в ответ на чужие рассказы придется что-то отвечать, а я этого делать не люблю, не пришло еще время для подобной откровенности со здешними обитателями. А, вот еще интересно, как сложилась судьба Ниты и Берена? Парнишка чем-то напомнил мне Лешика и я еще раз от души пожелала ему всего наилучшего на жизненном пути. Месяц уже прошел, как они покинули Скаггард…