— Дрянь-то, поди, живая была, когда ее сюда притаскивали для изучения?
— Не знаю, — маг дернулся, как от незримой пощечины, — дед такими вещами не занимался, да и я тоже. Вот прадед… и то это лишь слухи. Флойд очень интересовался, чем занимался прадед, но дед так почистил все внутри после смерти своего отца, что кое-где даже стены оплавились.
— Значит все здесь было одновременно построено? — посмотрела я еще раз на приземистое одноэтажное строение.
— Сам замок был перестроен еще при прапрадеде. Тогдашний Совет завершил одну из локальных войн и Крайдены осели здесь. Герберт, прапрадед, привел Арсворт в жилой вид, вывел в сад источник и при нем здешние земли не знали, что такое бояться ночного леса.
— А его сын построил этакий виварий… откуда камни-то брали? Вроде вокруг одни леса, каменоломен нету, остатками от восстановления замка воспользовались?
— Камни? — Орвилл нахмурился и озадаченно посмотрел на Никомуса, который пожал плечами. — Мне никогда не приходило в голову интересоваться этим… у тебя есть какие-то мысли?
— Никаких, честно. Только они не такие, как на всех остальных постройках. Если предположить, что сам Арсворт строился из местных материалов, то почему для тюрьмы использовался совершенно другой камень? Магический какой-нибудь?
— Конечно, его обрабатывали уже здесь, в процессе стройки, — выдал Орвилл, как само собой разумеющееся, — чтобы он мог сдерживать чужие выбросы силы. Делал это прадед, как самый сильный маг рода, наверняка ему помогали… но поискам архива это не поможет. Что еще?
— Да ничего вроде…
— Тогда мы пошли дальше… Ник, давай по подвалу пройдем!
— Сейчас подойду, только умоюсь, — мажордом повернул в сторону источника и я пристроилась рядом, намереваясь использовать полученную возможность для интересующего меня вопроса.
— Никомус, а что произошло с Эбери? Орвилл рассказал в двух словах, что заболела и спасти не успели…
— Эбери… хм… — шагу он не прибавил, даже скорее приостановился, раздумывая над тем, что выдать в ответ, — Эбери… Её привезли в Арсворт шесть лет назад, староста привез. Меня тут еще не было, но Вирия, которая на кухне, говорила, что Дайлерия поначалу даже слушать не хотела, так в воротах и разговаривала, а уж потом смилостивилась и пустила их во двор. Староста тот и бумаги ей передал, что на девочку приложены были, она прочитала все и очень недовольна была. Вирия потом слышала, как Дайлерия ругалась вполголоса на свою семью за такой подарок. Так что Эбери, как не крути, ее родственница. Родные-то у нее все погибли, а вот Эбери случайно жива осталась, поскольку мать ее то ли услали, то ли выгнали из их дома, когда прознали о ее положении.
— Значит, ее отец был магом? А кто он был, отец Дайлерии или кто-то из ее семьи? И она сама имела силу?
— Вот кто отец, она никогда не говорила, и бумаг тех я тоже не видел. Все шушукались в Арсворте, что Эбери на самом деле сестра Дайлерии, но разве ж докажешь такое, — развел руками Никомус, — а сила у нее была, хоть и небольшая. Мать у нее простудилась шибко и умерла, а старосте передала письмо и бумагу, где про девочку все было отписано. Жила она здесь получше, чем служанки, но и не на положении госпожи, учить ее тоже никто ничему не учил, разве что характером девочка была ну полная противоположность Дайлерии, добрая да услужливая.
— И как же получилось, что она умерла? Заболела, что ли?
— Эх, — Никомус искоса взглянул на меня, — вышло так… молодая была совсем, глупенькая, вот и влюбилась в господина Орвилла. Цветы ему приносила, смотрела, как на саму Айди, только что не таяла от счастья, когда он приезжал сюда. Что он не скажет, первая неслась делать… да прошло бы все с возрастом, одна она, что ли, такая? — фраза прозвучала так, будто он убеждал в этом и себя и меня. — Уж кто ей наговорил, что надо непременно в самый первый весенний день, когда он ночи равен, цветок снежника искать, не знаю, но вернулась она из лесу лишь к ночи. Счастливая такая была и букетик принесла… м-да… да слишком долго ходила, замерзла здорово и промокла вся. Весна — она же штука коварная, днем Верна припекает, а тучи набежали и пролились дождем. И Дайлерия, как на грех, в тот день вместе с господином Орвиллом отбыла в Делькор. Обещалась через день вернуться, а сама только через десять дней… только и успела, что последнее дыхание поймать.