— Бейрис, какого рожна мы сюда приехали, а не к тебе?
— Валерия, вылезай, — держа дверцу одной рукой, Райшер потянул меня наружу за драный подол платья и сразу взвыли сбитые и исцарапанные ноги, — мы приехали, — вопрос подельника он проигнорировал достаточно демонстративно, снова зайдясь в хриплом кашле.
Горящие пятки охладила каменная мостовая перед широкой дверью под большим балконом, где и остановилась карета. Как я уже успела заметить, такие входы под балконами были одним из признаков богатых домов, чтобы экипаж мог заехать под крышу прямо к дверям. И куда это мы прикатили, хотела бы я знать?
— Ничего не понимаю, — Вольф тупо оглядел массивные двери и задрал голову кверху, — мы же договаривались, что заберем ее и поедем сразу к тебе, а там повеселимся с ней вдвоем… ты еще говорил, что у тебя кое-чего приготовлено и нам будет не скучно ближайшие три-четыре дня, а сам что делаешь? Или мы прихватим отсюда кое-что, например, полновесные диты, которых нам так всегда не хватает? А, понял, ты решил переодеться? Согласен, этот мундир пора выбрасывать после всего, что было! Ну, чего ты молчишь, давай переодевайся да побыстрее, я пока подержу ее, чтобы не сбежала от радости, что на ее долю достались двое таких мужчин!
Перспектива, озвученная Вольфом, дошла до меня сразу же и я моментально забыла про ободранные ноги и усталость, прикидывая про себя, в какую сторону будет лучше всего бежать, а Тракер при этих словах заржал, как конь и под навесом в тишине гулко заметалось эхо. В ответ за широкими дверями засуетились люди, кто-то завозился изнутри, открывая засовы и замки, а Райшер молча оперся рукой на стену и тяжело дышал, как будто последние движения оставили его без сил.
— Господин Бейрис, это вы? — в неярком свете шариков перед дверью было не рассмотреть подробности и голос вышедшего прозвучал несколько неуверенно. — А кто ж с вами, не признаю… друзья ваши, что ли? Ну да проходите, прошу вас… господин Бейрис, давайте, я помогу вам, вы же едва на ногах стоите…
Мужчина в темном камзоле подхватил Райшера под руку, придерживая спиной открытую дверь, в которую я даже не успела вцепиться, чтобы еще раз попытаться выдрать из лапищи Вольфа зажатый в ней локоть. Ломило его, кстати, преизрядно, еще от удара камнем, но это было еще терпимо — левая рука чувствовала себя гораздо хуже и выше кисти уже прощупывался приличный отек, который я пыталась растереть всю дорогу. Тракер буквально втащил меня следом вовнутрь, даже не озаботясь закрыванием дверей, что я тут же отметила про себя, как возможность удрать. В ярком освещении предстал достаточно богатый холл с псевдоколоннами по стенам, между которыми были вделаны большие зеркала, ступени в глубине, переходящие в широкую площадку, с которой вправо и влево отходили проемы коридоров и широкую лестницу наверх, расходящуюся на две половины через один пролет. Красота балюстрады, мозаичных полов и росписи на потолке заставляли оценивать богатство здешних обитателей на твердую пятерку. Рослый мужик, поддерживающий Райшера, судорожно охнул, как только мы вышли на освещенное пространство и я покосилась на еще одного мужчину в таком же камзоле, подозрительно осматривающего меня и Тракера. Больше всего его поразили мои босые ноги, торчащие из-под такого драного и грязного подола, как будто его рвали собаки. С трудом оторвавшись от этого зрелища, явно выбивающегося из всего, что ему доводилось видеть в этих стенах раньше, он перевел взгляд на Вольфа и тогда немного пришел в себя. Я же поглядела в ближайшее зеркало… ну и вид…
Ничего не было удивительного в том, что мое появление прошибло мужика до печенок! Волосы до сих пор густо запорошены белой пылью, на лице размазана грязь и видны следы каких-то темных мазин, одна щека исцарапана, губы потрескались до крови, руки-ноги не лучше, а платье можно выбрасывать в помойку без всякого сожаления. Впрочем, Райшер выглядел при ярком свете, как оживший мертвец, несмотря на то, что на постоялом дворе он все-таки успел помыться. Мне же там даже стакана воды не дали!
Удивление обоих слуг было настолько велико, — а скорее всего, это были именно слуги, а не хозяева, — что лишило их всякой инициативы и Тракер, решив, что его миссия закончена, отпустил мою руку, бросив узел рядом, и шагнул к ближайшему мужику блондинистой масти с прижатыми, как у боксера, ушами.
— Эй, как там тебя, дай-ка что нибудь горло промочить, а то я с самого утра кроме воды ничего не пил!
Мужик кивнул, повернувшись ко второму, постарше, с бульдожьей физиономией, а в это время Райшер начал медленно оседать на пол и они вдвоем кинулись поддерживать его с двух сторон. Пользуясь тем, что Вольф перестал обращать на меня внимание, я краем глаза прикинула расстояние до двери, намереваясь дать туда побыстрее деру, подкинув всем под ноги шмотки в узле, как услышала хриплый приказ: